Кащей. Трилогия

Найти детей с использованием заклинаний оказалось невозможно, поэтому агенты предпочли использовать заклинания в синтезе с современной техникой.

Местами следы мальчишек пеленговались, но слишком невнятно и расплывчато: общая территория поисков была не меньше трехсот километров.

Группа, занимавшаяся заклинанием Мелодика и его созданиями, пришла к выводу: грозовые волки питались электричеством и сгустками отраженного солнечного света, в простонародье называющимися солнечными зайчиками.

Именно поэтому и кидались на электрические лампочки, дополнительно выдающие световую волну, схожую с солнечным светом. Поглощать обычный солнечный свет волки не могли, потому что воспринимали его как траву.

— Помните сообщения о рассыпавшихся в пыль стеклах? — докладывал прибывшему с проверкой начальству Лофьен. Чтобы не мешать агентам работать, он с Хранителем вышел на улицу и вел доклад, усадив начальство на узорчатые скамейки в крохотном школьном парке. — Это происходит из-за того, что съедаются солнечные отражения.

Стекло, которое не отражает свет, существовать не может. На мой взгляд, следствие и причина в нашем случае поменялись местами, и наши физики с удовольствием размазали бы меня по полу не за кощунственное обращение с законами природы, а за само предположение, что такое возможно! Но против запротоколированных фактов, как говорится, не попрешь, это известно любому ученому. Тираннозавр представлял собой злобную вариацию лунного зайчика и, к счастью, появлялся исключительно ночью, по крайней мере в книге, но и в жизни еще не изменял описанному варианту поведения.

— Это вы называете детской литературой??? – не по теме взвыло высокое начальство, не зная, до чего бы докопаться, чтобы показать свою значимость. — Да у нас самих мурашки по коже бегают!!!

— Детям нравится! — возразил Хранитель, присутствующий на заседании в качестве консультанта. — И потом, благодаря страшным историям они вырабатывают в себе характер.

— В наше время не было страшных книжек! — возразило высокое начальство.

— Да ну? — Хранитель повеселел: где-где, но в литературных спорах ему не было равных. — А сказка о жутком Страннике, выходящем из холодной зимней мглы и забирающем капризных детей с собой в царство вечного льда?

— Это старая добрая сказка… — наставительно втолковывало высокое начальство. — О победе добра над злом.