Кащей. Трилогия

Память предков подсказывала, что у грозовых волков (а следовательно, и у их дальней родственницы) есть слабые места, и возможность на победу есть. Но тут выплывает неприятное обстоятельство: маленькие люди находятся слишком близко от места предполагаемого боя. Если напасть на собаку и проиграть, то она может наброситься и на них, и задание окажется проваленным. С другой стороны, собака может и не принять бой, сразу переключившись на пленников, и тогда им все равно придется туго.

Он решился выступить против собаки только тогда, когда заметил возвращавшегося Компатибула.

Тот пешочком шагал по дальней части улицы, обдумывая текст нового послания: агенты все равно не пойдут туда, куда он их с удовольствием послал бы, придется обойтись простым списком требований.

Увидев большого человека, заяц понял, что с двумя противниками он не справится, и лучше расправиться с ними, пока они находятся раздельно друг от друга. Прямо сейчас, иначе скоро будет слишком поздно! И надо сделать так, чтобы собака забыла про маленьких людей, переключившись исключительно на него.

Память предков подсказала правильный ход.

Он очутился в углу комнаты, встал в спринтерскую стойку, разбежался и что было силы, от всей души, вложив все свое отвращение к волчьей породе, пнул собаку под хвост. Острохвост взвыл, совершая вынужденное сальто-мортале, но приземлился на все четыре лапы и развернулся, готовый рвать и метать обидчика. Что-то золотистое шевельнулось перед ним, и он увидел выступившего из солнечного луча накачанного зайца. Обдумывая план спасения мальчишек, тот нарастил себе мышцы под солнечными лучами и теперь был готов показать на практике врожденные умения.

Острохвост немедленно вытянулся в боевую стойку, но не успел прицелиться для смертельного захвата, как заяц прыгнул и в приземлении настучал ему по морде задними лапами. Отлетевший острохвост помотал головой, вскочил и вцепился зайцу в горло.

С лязгом захлопнулись челюсти, а отскочивший заяц заколотил по собаке, как заправский боксер. Острохвост отпрянул и налетел на врага, покатившись с ним по полу. То и дело раздавались крики укушенного зайца и подвывание получавшей ощутимые удары собаки, а в воздух взметнулись клочки разноцветной шерсти.

От совместного рева заложило уши.

Заяц хотел довести острохвоста до полного изнеможения, но и сам потерял значительную часть сил. Собака оказалась слишком мощной для него, и он медленно терял над собой контроль, сползая в бездну беспамятства. Кусался острохвост не в пример больнее и сильнее волков, и это здорово уменьшило шансы зайца на победу.

Острохвост уверенно довел зайца до полного изнеможения, и тут в битву вмешался Эдик.