Кащей. Трилогия

Любой шторм не будет замечен кремнитами, потому что для замедленных организмов он пройдет в сотые доли секунды.

Интересно, а что они пьют, если вода успевает испариться из стакана задолго до того, как они поднесут его ко рту?

А проблемы с пылью? Тот же старичок, пока прочитает строчку, по идее успеет покрыться метровым слоем пыли вместе с газетой. И не он один. Все кремниты должны зарасти пылью так, что увязнут в ней по самые макушки. Вон в закрытом замке сколько лет не убирали, так ее накопилось — что ни в сказке сказать, ни пером описать.

Однако кремниты существуют не меньше, и не видно, чтобы кто-то из них превратился в пылевой сугроб.

Все чистенько, гладенько, словно кто-то добровольно убирает здесь каждое утро,

А что, если пыли здесь попросту нет? Не предусмотрено. Магнитное поле сильное, или еще что-то в таком духе. Стерильная планета.

Пусть стерильная, уговорили.

Но скажите на милость, кто и как сумел построить фонтан с бегущей в реальном времени водой? И какой в этом смысл, если за столетия вода попросту испарится? Неизвестно, заметят ли купающиеся ее присутствие вообще. Ну, пожурчит водичка, а солнце-то жаркое.

С другой стороны, для чего этот злополучный фонтан нужен без воды?

А раз они плещутся, то воду вроде бы замечают. И по той же идее она не замерзает. Иначе бы они то и дело покрывались слоем льда или обрастали сосульками. Но весной лед таял бы и распадался на куски: настоящий контрастный душ — максимальные перепады.

Но колдуны ни разу не обмолвились о том, что собирали овощи-фрукты, пробираясь к ним по пояс в снегу. Значит, планета вращается под другим углом, не так, как другие Земли. Постоянное лето, как на Каменной-6.

Это здорово. А вот как быть со сменой дня и ночи? Наверное, кремниты считают само собой разумеющимся делом, что солнце и луна носятся по небосводу как заведенные, с прилично набранной скоростью. Или планета и сама вращается медленно-медленно, под стать образовавшейся на ней жизни.

— Что ни мир, то головоломка! — вслух подумал Кашей. — Как будто людям простых баталий не хватает. Надо обязательно запудрить мозги так, чтобы извилины в кучу заплетались.

— Гав! — согласился Трезор, отыскивая объект охоты.

Никаких объектов — сплошные монументы.

Лаешь на него до посинения, а он и не почувствует, что его тут крыли на чем свет стоит. Толку от этого — охрипнешь, и ничего больше.

И тут Кащей увидел то, чего сразу не заметил, и чего никак не ожидал увидеть: птицу.

Не бегающего страуса и не ковыляющего пингвина, а обычного городского голубя. И не сидевшего ни на земле, ни на ветке. Летевшего.

Каменный, крыльями не машет, но в воздухе висит и падать не собирается. Нахально смотрит вперед и знать не знает о том, что должен был уже тысячи раз разбиться.