Кащей. Трилогия

— Кроме того, — добродушно улыбнулся советник, — если вы так ратуете за нашу безопасность: на подобные случаи в карете есть весьма хитрое приспособление, и место для гостей постоянно под прицелом. Это не угроза, а так, констатация факта, чтобы нас потом не обвиняли в заранее спланированном покушении. — Кащей едва не поперхнулся.

Дверца кареты гостеприимно открылась.

…Через два часа, когда погибших охранников похоронили на поляне и воевода пообещал следить за могилками, дружина и карета разъехались в разные стороны. Разбойники по приказу воеводы неохотно развернулись и поплелись под конвоем в не особо отдаленные места. Кащей забрался в карету следом за царевичем, два выживших охранника вскочили один на место кучера, второй на запятки кареты, она постояла еще с полминуты и тронулась с места.

Советник и царевич какое-то время молча смотрели в окна, мысленно переживая случившееся, потом советник с остервенением сорвал с головы парик и бросил его на полочку для багажа. Парик царевича уже лежал там, снятый давным-давно, еще в начале пути.

— Ненавижу эту гадость! — выразил общее мнение советник, проводя рукой по коротким седым волосам. — Какой высокопоставленный баран сказал, что это модно, и что за тупые щеголи это подтвердили?

Он прошелся по волосам расческой и посмотрел на разглядывающего парики Кащея.

— А вы, сударь, как я вижу, в первый раз встречаетесь с такими париками.

— Вообще-то нет, я встречал их и раньше, но мода на них прошла так давно, что… — он не договорил, потому что царевич посмотрел на него с полным изумлением.

— Господи, неужели такое возможно?! У вас прошла мода на это издевательство над собственной головой? — потрясенно воскликнул царевич. — Скажите, а ваше государство может предоставить мне политическое убежище?

Кащей растерялся, не ожидая столь бурной реакции на произнесенные слова.

— Ваше высочество, не стоит так бурно реагировать! — укоризненно сказал советник. — Народ не поймет причину бегства. Тем более что у вас будет реальный шанс отменить парики, как только вы займете трон.

Кащей сочувственно покивал головой. Созданные сохранившим свое имя в тайне злобным человеком, парики выводили из себя страдальцев моды, и он изредка жалел, что сам не придумал ничего подобного. Заставлять людей добровольно мучиться из-за бесполезного наряда — это верх мирного злодейства. Все-таки не зря сказали: хочешь, чтобы человек добровольно пошел в рабство — разрекламируй рабство в самых лучших тонах, и народ сам к нему потянется, не ожидая, пока его насадят огнем и мечом. Впрочем, создатель париков мог просто быть лысым. Но итог всё равно один: заставить людей с собственными волосами носить еще и искусственные — это отличная хохма самого высокого класса.