Кольцо Тьмы

Они недолюбливают кочевых истерлингов, терпеть не могут басканов за их привычку бить исподтишка, в спину; на границе между басканами и дорвагами даже пришлось ставить заслоны из других лесовиков — обитателей Голубого Леса, что на берегу Рунного Моря. Дружины дорвагов вместе с истерлингами — опора айборского войска. Как-то оно дало хороший отпор гондорским выскочкам, когда тем вздумалось наложить лапу на эти земли! Больше Гондор сюда не суется... Миновав леса дорвагов, тракт приходит в Невбор, и что там дальше, известно лишь по рассказам, а сам Герет глубже на восток не ходил.

— А откуда пришли хазги? — спросил Фолко.

— Они живут где-то далеко-далеко, в многих днях пути от Не-вбора, — отвечал Герет. — Какие-то враги стали теснить их на запад, и Совет Старейшин отправил на закат большой отряд — поискать свободных земель, а кроме того — найти золото для откупа. Вот почему, едва появившись в Прирунье, они полезли к гномам Железного Угорья. А когда не вышло — двинулись дальше, добравшись аж до Гундабада. Дики они нравом и часто бросаются в бой без нужды, когда гнев застилает им глаза.

Там мы их и встретили. — Герет помолчал. — Вождь взял в честном бою жизнь их предводителя, с того дня они и пошли за ним. Вот с тех пор я и запомнил этот кинжал. — Он кивнул на клинок, висевший на груди хоббита. — Дело в том, что, — он замялся, — боюсь соврать, хазги говорят странно... Но я понял, что когда-то очень-очень давно, невероятно давно, они жили на дальнем западе, откуда их изгнали Рыцари из Заморья... И с тех пор хазги мечтают вернуться туда. Я думаю, — он доверительно склонился к Торину, — что Вождь поскакал сейчас именно к ним — за остальной частью их могучего войска. Ведь будь их у нас под Форностом не три сотни, а три тысячи, не в обиду будет сказано почтенным гномам, ваш хирд бы не устоял! Прошу простить, если невольно задел...

— Нет нужды извиняться, — спокойно сказал Торин. — Они такие же враги нам, как и тебе. Они глупы в своей погоне за богатством, а мы верим, что и в наши подземелья может сойти Небесный Огонь, спустившись по Великой Лестнице.

Фолко очень хотел спросить, почему Герет стал служить Олмеру, но вовремя сообразил, что подобные вопросы не следует задавать людям, так или иначе оказавшимся на скользком пути, если хочешь сохранить их расположение хотя бы для того, чтобы получить нужные тебе сведения.

Они помолчали, и Торин стал расспрашивать Герета о подробностях их осеннего похода. Герет говорил с горечью, но довольно охотно.

— Вождю никогда не удавалось еще собрать так много свободных воинов свободных земель.