Кремлевские звезды

Но ничего не поделать, придётся приспосабливаться.

Я беру Марину под руку и выхожу с ней в коридор.

— Тихо-тихо, не больно-то! — ворчит она.

— Марина Ивановна, какое же счастье, что Наталья будет с вашей племянницей жить, под вашим приглядом и заботой.

— Некогда мне приглядывать. У меня знаешь сколько дел!

— Знаю, конечно, должность хлопотная, да и человек вы ответственный. Это сразу видно, невооружённым взглядом.

Я вкладываю ей в руку три сотенные бумажки.

— Да ты чего! — негодует она, крепко сжимая, попавшую в руку денежку. — Это ты что удумал шельмец!

— Не сердитесь, это же от души, понимая, что вам и так некогда. Приглядите за Натальей моей. Где одна, там и две. Шампанское-то заберите, кстати, нечего девчатам взрослые развлечения пробовать.

Она выдёргивает свою руку и, повернувшись ко мне грозно смотрит мне в глаза. А потом вдруг начинает смеяться.

— Ну, ты матёрый, — хохочет она. — Как жопой чувствовала, что к своей подселять надо, когда из ректората позвонили. Ладно, не боись, присмотрю за твоей зазнобой. Ты чей такой важный-то, а?

— Теперь только ваш. Вы что любите, Марина Ивановна?

— Таких вот выскочек, вроде тебя, — трясётся она от смеха.

— Таких у меня хоть пруд пруди, — киваю я. — Только слово скажите.

Дениска терпеливо ждёт у крыльца. Я подхожу к нему, остальные обступают нас, оставаясь при этом на почтительном расстоянии. Паша настораживается, но поняв, что всё пока спокойно, расслабляется и, опёршись, о капот «Волги», скрещивает руки на груди.

— Бро, я хотел ещё раз сказать, типа… э-э-э… — начинает Журавлёв.

— Да, вроде замяли уже, чё, — хмурюсь я. — У меня вопросов нет, если у тебя есть, спрашивай.

— Не, тоже нету, мы тут с пацанами хотели типа поинтересоваться, а как можно с тобой, типа, ну в твою, блин… Под твою, короче, э-э-э…

Он пытается говорить рассудительно, производя впечатление крутого чувака, но выглядит это смешно и по-детски.

— Смотри, Дэн, — накидываю я ему очков в глазах товарищей, называя по имени. — Я не вор, не уголовник, общак не собираю, смотрящих не назначаю. Если тебе это надо, обращайся к Цвету, он здесь теперь верховная власть. Не напрямую, ясное дело, иди по инстанциям, так сказать. Я же просто делаю своё дело. Работаю на благо Родины, типа как батя твой. Если ты умный, вернее, ты, конечно, умный, сейчас-то я это вижу.

Он немного краснеет, понимая, что раньше умным не выглядел. Он понимает и то, что я понимаю, что он понимает и от этого краснеет ещё сильнее.

— Вот и соображай, — продолжаю я, делая вид, что ничего не замечаю. — Воровством тебе заниматься и разбоем или умственным трудом.

— Не, ну а ты же махаешься чётко, — теряется он.

— Так это другое. Вы тут боксёры все? Ну, молодцы, продолжайте тренироваться, это всегда пригодится.