Кровавый Рим. Книги 1-9

К середине марта ожидалось, что весна окончательно вступит в свои права, а вместе с ней, как обычно, южный ветер принесет в Италию раскаленный воздух ливийских пустынь.

Около полудня Ювентина решила прогуляться в перистиле. На улице ей и Мемнону нельзя было показываться — осторожный Сальвидиен предупредил, что их пребывание у него в доме должно остаться незаметным для соседей. По этой же причине Мемнон отправился на формианский рынок еще до рассвета и обещал вернуться, когда стемнеет.

Внезапно она услышала какой-то шум со стороны улицы и последовавший вскоре стук входной двери.

В вестибюле послышались громкие голоса — один принадлежал Сальвидиену, второй показался Ювентине знакомым, но это не был голос кого-либо из обитателей дома.

Ювентина поспешила из перистиля в атрий с намерением побыстрее укрыться от посторонних глаз в комнате для гостей, но в этот момент в атрии появились Сальвидиен и человек в дорожном плаще.

Ювентина едва не вскрикнула от неожиданности, узнав в этом человеке Публия Клодия, наглого публикана, который два месяца назад в Риме приставал к ней с угрозами, добиваясь от нее любовного свидания.

К счастью, Клодий не успел ее увидеть.

— Добро пожаловать, Клодий! — послышался скрипучий голос Сальвидиена. — По правде сказать, я думал, что ты давно в Сицилии.

— Нет, меня задержали дела в Риме, — отвечал Клодий. — Можешь меня поздравить, теперь я занимаю государственную должность.

— А ну, где вы там! — грозно крикнул Сальвидиен, сзывая рабов. — Долго вас ждать, лентяи! Примите плащ у господина, принесите пиршественную тогу для дорогого гостя, снимите с него обувь и омойте ноги душистой водой!..

Стоя в андроне, Ювентина прислушивалась к начавшейся беготне рабов в атрии и ждала, когда Сальвидиен уведет гостя в зимний триклиний.

После этого она могла бы незаметно пройти в свою комнату. Однако произошло неожиданное.

— Накройте стол в летнем триклинии! — приказал рабам Сальвидиен и, обращаясь к Клодию, сказал: — Солнце с утра припекает. В зимнем триклинии, пожалуй, будет душновато, а в летнем нас ожидает приятная прохлада. Кстати, из него хорошо виден мой перистиль с новыми мраморными колоннами…

Ювентина растерянно оглянулась.

У нее был единственный путь к отступлению — в летний триклиний.

Но скоро там должны были появиться Сальвидиен и Клодий, а ей во что бы то ни стало нужно было избежать встречи с публиканом. Что же делать?

Она бегом бросилась в триклиний.

Сначала у нее мелькнула мысль забраться под одно из обеденных лож, но, вбежав в столовую, она сообразила, что лучше будет спрятаться за высокой спинкой главного ложа, стоявшего почти вплотную к стене напротив входной двери — вряд ли кому-нибудь придет в голову туда заглядывать.