Кровавый Рим. Книги 1-9

А ведь она могла оказаться в большой опасности? Шутка ли! Попасть в лапы ночных триумвиров по подозрению в связях с пиратами! Хорошо, что рабы Аврелия не проявили должной бдительности! Совершенно очевидно, что с этого дня Ювентине нельзя встречаться с Мемноном. Придется им обоим поскучать друг без друга. Это, разумеется, куда лучше, чем давать показания в атрии Свободы, где рабов и рабынь допрашивали не иначе, как с применением пыток. В случае необходимости он сам навестит гладиатора или пошлет к нему одного из своих рабов…

Поездка Ювентины в Остию была неудачна. Человек, с которым она должна была встретиться, бесследно исчез.

Ювентине удалось лишь узнать, что тот продал свой дом и свой корабль, но куда уехал — никто об этом не мог ей сказать.

Поначалу Ювентина утаила от Минуция истинную цель своей поездки, что было вполне естественно. Довериться римлянину, своему господину, в таком деле она конечно же не могла. Но исчезновение человека Требация из Остии сделало ее смелее. В создавшемся положении Мемнон, так боявшийся выдать своих критских друзей, рисковал только собой. Ювентина после ужасной резни гладиаторов, какую она увидела на Форуме, пришла к печальному выводу: следующий бой может стать роковым для Мемнона, несмотря на всю его силу, храбрость и умение владеть оружием.

Так что, вернувшись из Остии в Рим и предварительно переговорив с Мемноном, девушка без утайки обо всем рассказала Минуцию, попросив у него совета и помощи.

Она умоляла его не пожалеть денег на то, чтобы выкупить Мемнона, и жизнью своей ручалась, что тот очень скоро вернет потраченные на выкуп гладиатора деньги с большими процентами. Ювентина поклялась, что Минуций получит не менее пятидесяти тысяч сестерциев чистой прибыли, если поверит ей и Мемнону.

Минуция вся эта история крайне заинтересовала.

О римских изгнанниках на Крите он слышал и раньше. У него возникла мысль, что этих людей можно попытаться привлечь к задуманному им делу.

Он посетил александрийца в школе на Квиринале.

Поговорив с ним, Минуций убедился, что гладиатор действительно связан с критскими пиратами. Мысли Минуция заработали в том направлении, что Мемнона в дальнейшем можно будет использовать в качестве посредника при его, Минуция, переговорах с архипиратом Требацием Тибуром, слава о котором уже разнеслась по всему италийскому побережью.

По слухам, у Требация был настоящий флот. Воображение рисовало Минуцию соблазнительную картину: предводимая им сухопутная армия рабов и действующий в союзе с ним на море пиратский флот, с помощью которого можно будет рассчитывать на захват приморских городов — все это позволит ему надолго закрепиться на италийской земле к югу от Рима.

Идея о переговорах с пиратами вскоре окончательно завладела им.