Крысиные гонки

Алкашей ему ещё в команде недоставало!

Увидев старого товарища по зэ-ка, да ещё нормально упакованного: хорошая, крепкая куртка, фирменная, судя по всему; байковая рубашка, джинсы с набедренными карманами, хорошие туристские ботинки; видно, что дорогие; демонстративно выпущенная поверх ворота нетонкая голда жёлтого металла, — всё свидетельствовало, что бывший подельник преуспевает; — Шапа не стал кочевряжиться и сразу принял предложение «вступить в команду», даже особо и не расспрашивая, что за команда, и чем они будут заниматься. Ясно было только, что старый товарищ обещает разнообразную жратву от пуза, хорошую одёжку и возможность больше не горбатиться за кусок хлеба.

А что будет нужно для этого делать…

Шапа не заблуждался на этот счёт, он и сам подумывал давно, а не заняться ли прежними делами, — да нет, не прежними, квартирные кражи и развод лохов на бабки, — это было хорошо раньше, и в Мувске; а сейчас, после отсидки, когда ни в Мувск, ни даже в Оршанск путь был заказан — любая проверка документов — и ты снова в обезьяннике; а дальше, говорят, Новая Администрация с сидельцами не чичкалась; сейчас нужно было что-то новое.

Крутое, большое, с прицелом на будущее; и останавливало только отсутствие компании — не с деревенскими же бичами мутить новое, опасное дело? При чём и какое дело? Из города доходили смутные слухи о новых временах, о начавшемся беспределе, — а по телеку и по радио было всё совсем по другому — типа «Новая Администрация наводит порядок, спад преступности, жёсткие меры» и всё такое, — очень не хотелось на себе прочувствовать, что это такое, эти новые «жёсткие меры».

Шапа и после старых-то мер было принял решение начать новую жизнь, «честно трудиться» и больше за колючку ни ногой! — но что делать, что делать, жизнь опять круто менялась; и выживать стало не то что трудно, а вообще невозможно; жрать стало совсем почти нечего, курить тоже; Шапа с ужасом думал о будущей зиме, вернее — старался не думать, — а тут и старый товарищ Калина нарисовался, с которым кентовались на зоне; и весь прикинутый, и намёками-намёками, а потом и открытым текстом: что давай, Шапа, хватит дома геморрой отращивать, айда в команду!

А что в «команде» — то делать?.

. Шапа не то чтобы поинтересовался, но Калина и сам, сначала намёками, потом открытым текстом: а бомбить тех, кто с города в сёла переселяется. Сейчас поветрие такое пошло: с городов все начинают драпать в сёла. На подножный корм, значит. Новая такая, значит, правительственная политика. А которые драпают — они с собой всё самое ценное-компактное с собой и тащат. Рыжьё, брюлики, валюту. Вот тут мы их и… смекаешь?

Оказалось, сам Калина со своей «командой» этим промышляет уже второй год.