Крысиные гонки

Государство вас расселяет, государство вас обороняет и следит за законностью; государство и определит, чем и как вам заниматься! Так всегда было, и так всегда будет!

— Ты, Морожин, заглохни! — отреагировал старик, — ты тут кинул своё «коммунист» как будто это что-то ругательное! А я этим горжусь! Но речь не об этом…

— Правильно говорит Пётр Иваныч! — подхватил так неожиданно получивший поддержку Громосеев, — Налог — небольшой, если считать подушно — вполне посильный. Насчёт земли я уже сказал… В общем, не будем переливать из пустого в порожнее. Итак. Как я сказал, я тут, в Озерье, находиться постоянно не буду, только наездами.

В моё отсутствие вот, Борис Андреевич, будет следить за обстановкой — здесь, и в Никоновке. Он — мой помошник. Он из Мувска, как и большинство собравшихся, думаю, вы с ним найдёте общий язык.

Рядом с Громосеевым на крыльцо выдвинулся среднего роста мужчина, крепкий, с умным, но каким-то невыразительным, очень «средним» лицом, в очках. Несколько театрально поклонился.

— Вот. Он живёт у Валерьевны, где это все знают, в моё отсутствие все вопросы к нему… Теперь по расселению.

Кто приехал к своим родственникам — я имею ввиду из городских, — естественно, живут у них. Борис Андреич всех перепишет, всех зафиксирует. Как я уже сказал, сам ответственный владелец домовладения непосредственно заинтересован в том, чтобы «населённость» его жилья была максимальной — налог прогрессивно будет распространяться на всех. К кому родственники не приедут — мы будем направлять на подселение сами. Повторяюсь! — он повысил голос, — Программа расселения — это гос-программа, и никому не советую её саботировать! Тут уже приводились аналогии с продразвёрсткой, — вы все историю и в школе учили, и по фильмам знаете, — что бывало с саботажниками.

— Ещё… — Громосеев обвёл присутствующих взглядом, — Хочу предупредить. Все знаете уже, что по дороге произошло с эвакуируемыми? Вот. Обстановка неспокойная… — он непроизвольно положил руку на кобуру на поясе, — Вот о чём хочу предупредить. Тут, километрах в восьми, ближе к Никоновке, образовался в лесу лагерь… этих — гастарбайтеров. Все знаете, в Оршанске было большое строительство, да на промзоне была занятость, да в коммунальной сфере, — ну и вот.

Сейчас эти все «вакансии» высвободились. Их там человек около пятидесяти, считая с семьями…

В толпе кто-то охнул.

— Уезжать на свою родину они не спешат, да, собственно и… И депортировать мы их не имеем возможности. Социальный состав там разный…

— Да они зарежут нас тут всех!! — выкрикнула какая-то женщина.

— Не зарежут… Я же сказал, они ближе к Никоновке; кроме того, участковый отслеживает их миграцию…

— … Отслеживает он! Ничего он не отслеживает!..