Крысиные гонки

И говорит этой тётке: «Вот, напротив тебя мужчина. Ты должна ментально привлечь его к себе, оказаться для него самой желанной и …

— Ну, для Костьки-то…

— Тихо, не перебивай. Она-то его не знает, не местная. Вот. Говорит «ты должна внутренне раскрыть своё женское естество». Говорит, «представь, что у тебя внизу живота распускающийся бутон розы, благоухающий и прелестный…»

— Во йопт!.. И все слушают…

— Да. Теперь, говорит, представь, что распускающиеся лепестки этого бутона обволакивают стоящего напротив вас мужчину… Мужчина — говорит — что вы чувствуете?? — «Ага, говорит, чувствую, обволакивает!.

.»

— Ты низкий и пошлый, Вовчик, и не понимаешь всей красоты устремлений женской души. Соловьёва б так сказала, я уверен. Правда, в этом моменте ты был бы не одинок — я-то смолчал, а Андреич вдруг так же вот, как ты, заржал, и выдал… Как оно?: «Любовь — восхитительный цветок, но требуется отвага, чтобы подойти и сорвать его на краю пропасти!» Она говорит: «Да, Шекспир был великий писатель!» А он: «Это не Шекспир, это Стендаль. Шекспир же писал: «Любовь бежит от тех, кто гонится за нею, а тем, кто прочь бежит, кидается на шею!»

— Ничё себе Андреич мочит.

Откуда бы?..

— Ну, может любит стихи. Но по нему так-то не скажешь. Хотя… Ну вот, она при этом что-то ещё вякнула, а он: «Доброта в женщине, а не соблазнительные взоры завоюют мою любовь!» — это, говорит, тоже Шекспир. Как разобрало его; девчонки-то уставились, и тётки приезжие; а он встал, и:

— Тут она его и обломала. Как напустилась. Он ответил. В общем, на этом сеанс психоанализа с элементами мазохизма закончился. Начали все ржать и прикалываться. Морожин всё порывался руки целовать той тётке…

— Не, скорее тОркнуло, — он и так-то был не особо трезв, а потом, в процессе перебранки, ещё добавил — у него с собой было.

А Андреич с Соловьёвой поругались. Она его опустить при всех попыталась, типа хам и мужлан; а почему, говорит, вы здесь без жены, вы что, деспот? И прочий бабский арсенал. Он сначала-то отвечал, а потом замолк, сел, и говорит: «Извините, был неправ, не нужно было мне встревать», — а сам сидит малиновый, хоть уже и при лампах, но видно. А Соловьёва потом начала развивать тему о самодостаточности женщин, что все неприятности в мире — от мужчин, с их непомерным честолюбием и амбициями, и всё на Андреича посматривает, а тот молчит… Потом сказала, что следующее занятие будет чисто для женщин; и на этом разошлись.

— Только лишь. А вообще — потеря времени. Даже вредно где-то, мозги засерает этим «позитивным мышлением». Получается, что те, кого фашисты в печах концлагерей жгли, были просто недостаточно позитивны по жизни? Да ну её к чёрту…

— К чёрту, к чёрту! Видать она ведьма?..

— Не, ведьмам положено быть симпатичными.