Крысиные гонки

Значит не проходящие, а где-то неподалёку они обосновались! А может это те, что возле Никоновки кочевали?? Которые дом сожгли и людей порезали? А сейчас уборка пойдёт, урожай — они на поля полезут — кто охранять будет?? Тоже хотите чтоб вас зарезали, как бабку в Никоновке?? А эти… вчера ещё семья прикочевала — на машине, типа искали место где обосноваться! С какой стати! Прогнал я их! И впредь! Нечего делать! Мы — больше никого!..

Все слушали Витьку не то что с одобрением, но с определенной, значительной долей понимания, — в деревне действительно стало тесно, плохо с топливом, и каждое новое «прибытие и заселение» вызывало всё большее ворчание уже обосновавшихся.

Только Отец Андрей сказал твёрдо:

— Прогонять страждущих не по христиански. Ты их прогнал — а мы приняли. И ещё примем.

— А и на здоровье! Кормите их сами! — отмахнулся Хронов, — Но в дружине будут участвовать все! Все, кого я назначу! — поправился он, — И сегодня, значит, первое массовое мероприятие! Сегодня прочешем лес возле школы, будем всё же искать пропавшую мадам… эээ, гражданку Соловьёву, бесследно исчезнувшую…

— Она уже неделю как.

Мы уж всё обыскали! — буркнула одна из городских, ярых последовательниц мадам бизнес-тренерши.

— Чо тебе приспичило? — по-простому опять ляпнул Морожин.

— Морожин! Пасть закрой, говорю!! — пристрожился Витька, — У нас в деревне… У нас в поселении, значит, не должны и не будут люди бесследно пропадать! У нас должен быть порядок! Пропала! Куда, что — никто не в курсе! И мы должны организованно принять все меры! Кроме того, это, первое мероприятие дружины позволит, так сказать, сплотить… а то привыкли там только каждый в своём огородишке копаться! Короче! Я сказал — вы все слышали! Теперь что касается кто, куда и в каком составе…

Владимир наткнулся взглядом на Мэгги — она смотрела на него.

Была в своём обычном прикиде — джинсы и футболка. Отвернулся. А, вот и Гулька. Стал протискиваться к ней.

— Ну. Подробней, Витёк, подробней. Что несрослось? За чем осечка вышла? — допрашивал поздно вечером Борис Андреевич своего выдвиженца.

Дело происходило поздно вечером на его веранде, присутствовали «ближние»: Мундель-Усадчий с неизменным портфелем, и юрист.

Уютно светила керосиновая лампа, несколько мелких мошек бились в её стекло, норовя закончить свою короткую жизнь по возможности более ярко.

— Ну, сначала-то… — мямлил Витька, стоя перед сидевшими — Я, как вы сказали… развёл народ, назначил направление поиска… в школу, опять же. В подвал послал смотреть этого… ну, в пиджаке как дурак всё ходит, мямля такой, и ещё мужика из церковных. Чтобы, значит… не гундели и ну… чтобы не я нашёл, а эти. Чтоб никаких домыслов. Ну и… эта…

Дальше получилось глупо.