Крысиные гонки
Многие коттеджи теперь имели вид самый запущенный, судя по всему коттеджный посёлок постепенно безлюдел.
Как бы то ни было, но затея с «видеозалами» пока что себя оправдывала — народ шёл косяком, оба «кинотеатра» работали почти круглосуточно, ассортимент фильмов был многообразен и устраивал «самые широкие слои населения»; ставший заведующим видеобизнесом Вовчик ввёл скидки «для пенсионеров», и залы почти всегда были полны, благо друзья гарантировали порядок и безопасность, для чего наняли нескольких парней-студентов.
Реклама ограничилась объявлениями на остановках и на рынке, и рукописными «афишами» на входе.
Дважды Владимир созванивался с профессором Лебедевым, однажды — с Нэнси. В Америке обстановка прогрессивно ухудшалась, и Владимир ещё раз вслух похвалил себя — и про себя профессора Лебедева, — что во-время уехал на Родину: штаты объявляли суверенитет один за другим, Техас вообще объявил себя Техасской Республикой, выпустил свою валюту и поднял свой флаг; Мексика делала недвусмысленные предложения о «вхождении в состав»; федеральное правительство в Вашингтоне гремело лозунгами и угрозами, но лить кровь ещё не решалось, справедливо опасаясь гражданской войны.
Нэнси связалась с каким-то латиносом, главарём местной банды, и послала «факинг рашн» куда подальше — Владимир пожал плечами, и удалил её номер из адресной книжки; профессор же, судя по голосу, был доволен… доволен не прогрессирующим распадом страны, а своим попаданием в десятку с футуристическими прогнозами ещё трёхлетней давности. Он забросал Владимира вопросами, одобрил предложение Вовчика выдвигаться в деревню, дал ещё несколько дельных советов, и в заключение сообщил, что теперь вместе с семьёй доктора Ви Чун он окончательно обосновался на своём укреплённом ранчо.
Сюрприз устроил декоративый Джордж.

















