Кулинарный детектив

– Мне рано! – отвечал он на обычное Валечкино: «Жениться тебе надо, барин». – Я еще очень юн и необуздан.

И это при том, что им было по тридцать три года! Шаповалову уже исполнилось. Ей должно стукнуть через полгода.

– Займись лучше своей личной жизнью, Валечка. – Так он всегда ее называл. – Твое хмурое лицо заслоняет солнце!..

Сейчас солнце плавало в каждой литровой банке с вареньем. Оно плавило сахарный сироп, прокладывало искрящиеся ходы между апельсиновыми дольками, кралось тонкими лучами за пузатым стеклом. И это было…

– Действительно, красиво! – неожиданно воскликнула Валечка.

Она тут же потянулась к телефону, сфотографировала варенье и отослала фото Нико с вопросом: «Хочешь?»

Он не отозвался сразу. Оно и понятно: утро воскресенья. Мужчина двух свиданий, так его называла Валечка, отсыпается. После пробуждения ему долго нужно приходить в себя. Принимать душ, завтракать чем бог послал. Пить чай или кофе. Но поскольку к утру воскресенья запасы у него обычно иссякали и пополнялись лишь в воскресенье вечером, то на чай или кофе Нико спешил к ней. Иногда и завтрак требовал. Не очень настойчиво, по-дружески, но все-таки.

Валечка встала с мягкого кухонного стула, подошла к плите. На ней еще стояла огромная алюминиевая кастрюля с выпачканными вареньем боками. Ее следовало отнести в ванную, залить водой и вымыть. А потом отвезти обратно на дачу, доставшуюся Валечке, как и кастрюля, от той же бабушки.

Неожиданно для самой себя она запустила в кастрюлю руку, провела пальцем по липкой стенке, облизала палец. И тут же обнаружила, что варенье бесподобное. Не горчит нисколечко. Мягкий цитрусовый вкус с легкой кислинкой. Все, как она любила.

– Надо же… Получилось… – Она впервые за утро улыбнулась.

Ее психолог не обманула, настроение у Валечки вдруг сделалось отличным. И, отмывая кастрюлю в ванной, она поймала себя на том, что напевает. А обнаружив это, рассмеялась.

Постелив толстое старое полотенце на стиральную машинку, она перевернула на него кверху дном вымытую кастрюлю, пошлепала по алюминиевому боку и пропела:

Выходя из ванной, посмотрела на себя в зеркало прихожей. Придирчиво осмотрела. Давно такого с ней не случалось. С тех самых пор, как она рассталась…

Вспомнив о болезненном разрыве с Денисом, Валечка закусила нижнюю губу – та принялась судорожно дергаться. Но она тут же приказала себе не расстраиваться.

Все в прошлом, все в прошлом.

И обманутые надежды, и разорванная в клочья душа, и разрезанное на сотни мелких кусочков свадебное платье. Все в прошлом. Ни к чему вспоминать. Прошло полгода или чуть больше. Это солидный срок для того, чтобы зализать раны, забыть, научиться не думать: «Ни за что не прощу, когда он все равно приползет, или прощу, но помучаю».

Сейчас она поставит тесто на пироги.