Курсант (СИ)

А остальная потихонечку наливалась яростью и отказывалась понимать, для чего мы решили дать каждому «влюбленному» как следует «раскрыться». В общем, зверел я как бы не целый час. Зато стоило последнему, тринадцатому ухажеру, прорекламировать свои достоинства и описать светлое будущее, которое ждет Раису Александровну в браке с ним, насмешливо фыркнул и мгновенно перетянул на себя внимание порядком осточертевшей толпы:

— С комплиментами полностью согласен: моя любимая названая сестра действительно является Личностью с большой буквы — она невероятно добра, на редкость умна, исключительно порядочна, умопомрачительно обаятельна и красива.

…Для перелета во Владимир нам по каким-то причинам выделили всего один «Байкал». Увы, в этот транспортник влезало только четыре «Росомахи», поэтому пришлось ужиматься. Начали еще в Академии, подсадив в каждый из внедорожников четырех первых боевых троек по лишнему пассажиру и взяв «на внешнюю подвеску» еще по четыре человека. В таком режиме доехали до летного поля, загнали машины в самолет, часик пошарахались по десантному отсеку и устроили вторые покатушки с народом на «броне» — от места стоянки борта до КПП. А за ним нас уже дожидались армейские «Вепри»

с толковыми водилами, так что девяносто восемь километров до северной окраины Коврова пролетели с комфортом.

На открытую стоянку городского парка с не очень понятным названием «Конгломерат» въехали ровно через две минуты после «внезапной аварии» на подстанции, временно обесточившей весь район, в темпе десантировались из машин, разбились на пять групп и рванули к местам сосредоточения.

Моей боевой тройке и в этот раз поручили подстраховывать «девятку», так что я несся следом за Галей, Щелчком и Игорем Чеховым, краем сознания контролируя свою зону ответственности, посматривал на все еще зелененькую пиктограмму наличия гражданской связи и потихоньку наливался злостью. Слава богу, чуть более минуты. А потом местные силовики, наконец, врубили мощнейшие «глушилки», и горожане, мимо которых мы пробегали, потеряли возможность делиться своими впечатлениями от «судьбоносной встречи» с родней, друзьями и знакомыми. Мне, естественно, мгновенно полегчало, и я сосредоточился на таймерах. Но Лаванда не тупила от слова «совсем», так что к границе местной промзоны мы подбежали за восемь секунд до обнуления первого, в темпе соорудили проход в ограде из ржавой сетки-рабицы, выждали еще полминуты и бесшумно побежали к стене «давно заброшенного» склада трикотажной фабрики купца первой гильдии Антонова.

Само собой, на этом этапе до рези в глазах вглядывались не только в «темноту», «раскрашенную» нашими ПНВ во все оттенки зеленого и серого, но и постоянно косили на россыпь алых меток на тактическом экране МДР.