Курсант (СИ)

Ветер — три метра в секунду. А волнение на море — один балл…

Пока она делилась этой информацией, я вспомнил поместье в Фарас ал-бахр, «Фиалку» и прыжки с ее носа в теплое Красное море, мысленно обложил последними словами тварей, развязавших войну, не без труда заставил себя успокоиться и мрачно вздохнул:

— Угу… — сообразив, о чем я думаю, подтвердила Незаменимая, секунд двадцать копалась в поисковике, а потом дотронулась до моего плеча: — Нашла уличные камеры в Янбу. Следов ракетных ударов, бомбежек и пожаров нет.

— Война еще не закончилась… — напомнила Варвара, поняла, что портит настроение дальше, и сделала попытку сменить тему: — Впрочем, некоторым личностям она нисколько не мешает.

Верно, Лютобор Игоревич?

— О чем это ты? — не понял я.

— До меня дошли слухи, что родичи Наоки помогли юристам российского посольства в Киото выбить у рода Такэда о-о-очень серьезную виру для на— …

А трепать себе нервы, включая видеозапись, которую прислали эти гады, не стал.

— Ну да, обидно понимать, что это, вроде как, твое, но там не отдохнуть… — посочувствовала Барыня, посмотрела на часы и решительно сняла разгрузку: — Не знаю, как вы, а я не выспалась, а полтора часа — это девяносто минут сна.

В общем, я выключаюсь…

…Поспать удалось чуть больше часа. А потом самолет начал снижение, и изменение давления в салоне заставило меня открыть глаза. Валя с Варей дрыхли без задних ног, так что я прогулялся по известному маршруту, а на обратном пути выглянул в иллюминатор. На десяти километрах давным-давно рассвело, под нами не было ни облачка, но земля еще терялась во мгле. Не увидел и моря. Хотя, честно говоря, надеялся.

Да, можно было постоять еще немного, но на меня, мальчишку в разгрузке и с боевым оружием, слишком уж пристально смотрели пластуны, а это здорово действовало на нервы. Поэтому я вернулся в машину, растолкал засоню-Валентину и потребовал выдать мне алхимию.

— Я знаю, что работаем… — отозвалась матушка. — А где и как, расскажет некий майор Игорь Романович Ильницкий, который, вроде как, уже ждет нас на аэродроме. Кстати, заберешь его к себе — покажет дорогу и все такое…

Майор Ильницкий, оказавшийся низкоранговым мастером школы Воды, действительно ждал нас на аэродроме и, в отличие от подполковника Еропкина, был сфокусирован на поставленной боевой задаче.

Поэтому, доложившись матушке, без какого-либо недовольства выполнил ее приказ загружаться во вторую «Росомаху». А после того, как устроился на переднем пассажирском сидении и захлопнул дверь, с моей помощью вышел в тактический канал, поздоровался и сообщил, что в юго-восточном углу аэродрома уже развернут полевой армейский командный пункт со всем необходимым оборудованием.