Курсант (СИ)

Кстати, об умиротворении: чуть менее полутора часов тому назад Западная группа войск Поднебесной Империи заставила капитулировать части, защищавшие нынешнюю столицу Персии, а через считанные минуты после подписания соответствующего документа внезапно прорвала фронт и в данный момент неудержимо рвется к Исфахану!

О зачищенном плацдарме под Умлуджем, уничтожении Одиннадцатого флота САШ и первых серьезных успехах подразделений Империи Солнца, высадившихся на Восточное Побережье этой страны, он рассказал накануне, так что я расплылся в довольной улыбке.

А через несколько секунд заговорила Мирослава Михайловна, и я, вдумавшись в первое же предложение, невольно подобрался:

то есть, благодаря майору Тимирязеву и вам, Светлана Романовна!

— Ну-у-у, там неплохо порезвились и дроны… — справедливости ради заметила матушка, но толку:

— Не-не-не, по-настоящему серьезных скачков температуры было всего три: этот, вызванный взрывом термобарического боеприпаса и ударом боевой звезды китайских Архимагов! — заявила Императрица-Мать и весело добавила: — В общем, от награды не отвертитесь!

Моя родительница притворно вздохнула, затем перестала валять дурака и задала вопрос, интересовавший всю нашу компанию:

— Если я правильно понимаю, то раз объект найден, значит, готовятся операции по заимствованию технологий и последующим уничтожении как этой, так и всех остальных баз, хоть чем-то похожих на эту?

— Мне все больше и больше нравится… системность вашего мышления! — хохотнул государь, сделав паузу там, где просилось определение пожестче, немного поколебался и все-таки дал достаточно информативный ответ: — Что касается операций, то их действительно будет несколько.

Плюс к тем, которые уже завершились и дали ожидаемый результат…

После этих слов Император заявил, что на этом лирическое отступление можно считать законченным, собрался с мыслями и вперил тяжелый взгляд в Гриневу:

Гринева оказалась на ногах в середине этого монолога,

очень неплохо пережила эмоциональный шок от последнего предложения, изобразила по-настоящему красивый поклон, ибо была в брючном костюме, с достоинством приняла награду и выдала прекрасную благодарственную речь.

Государь счел это нормальным. А его матушка, как любой нормальный эмпат, анализировавшая не столько поведение, сколько чувства, в какой-то момент изумленно хмыкнула, дождалась завершения «официальной части» этого «мероприятия» и рубанула правду-матку в своем непередаваемом стиле:

Целительница покраснела, но кивнула, не опуская взгляд.

— Он наградит и ее.