Любовь гика

Я наблюдала за Арти, который сосредоточенно разглядывал потолок. Я знала, что там произошло, словно видела это своими глазами. Цыпа плакал не потому, что ему было страшно. Он плакал, потому что швырнул того парня о стену и сделал ему больно.

Мама велела нам выйти, чтобы папа отдохнул.

Утро выдалось хмурым и пасмурным, мутно-серое небо нависло низко над землей. Пока я надевала свитер, Элли и Ифи уже усадили Арти в кресло-коляску, крепко привязали его ремнями и повезли по тихой аллее, тянувшейся за парком аттракционов. Я со всех ног бросилась следом и услышала, как Элли сердито обращалась к Арти:

– Зачем ты так с ними, Арти? Я знаю, что это ты.

Тот качал головой, отрицая все обвинения. Ифи наклонилась вперед и ласково прикоснулась к его шее.

– Арти, Цыпа выглядел просто ужасно. И папа… Почему ты его ненавидишь, Цыпу? Так нельзя…

Элли шлепнула Ифи по руке, и та поспешно отдернула руку.

Я подбежала к ним и схватилась за ручку коляски.

– Арти не виноват, – выдохнула я.

Элли усмехнулась и покатила коляску быстрее. Ифи горестно покачала головой:

– Ты просто не знаешь, Оли.

– Да что за дерьмо! – яростно бросил Арти. – Оли, позови папу. Приведи папу!

– Не надо сейчас беспокоить папу.

Я была в полной растерянности и не знала, что делать. Арти вытянул шею, стараясь достать подбородком до рычага, управляющего мотором коляски, но Элли схватила его за плечи и резко оттянула назад.

– Сиди спокойно. Сейчас мы тебя покатаем.

– Доброе утро, ребята! – крикнул нам парковый сторож.

– Доброе утро! – прощебетала Элли.

Этим пасмурным утром цирк просыпался вяло. Небо грозило пролиться дождем, и рыжеволосые девчонки зевали, не торопясь покидать свои фургоны.

– Отвезите меня в мой шатер, – велел Арти, обращаясь ко всем нам, но глядя на меня.

– Элли, Ифи, нам сюда. – Я отступила на пару шагов, освобождая дорогу.

Элли поджала губы и покатила коляску быстрее – туда, куда нужно ей. Ифи со скорбной решимостью на лице толкала коляску рядом с сестрой. Когда я вновь догнала их, они уже завезли Арти на задний пандус, ведущий к пустующим в это время американским горкам. Арти обернулся к близняшкам, насколько это позволяли ремни.

– Вы две кучки дерьма без мозгов! – рявкнул он.

– Тебе страшно, Арти?

– Элли, не надо, – попросила я. – Ифи, останови ее.

Колеса коляски Арти уже стояли на рельсах, по которым ездят вагончики аттракциона. Элли и Ифи встали на шпалы, наклонились вперед и принялись толкать коляску вверх по крутому склону, к самой высокой вершине горок, откуда вагончики со свистом неслись вниз, кренясь на крутых поворотах со своими вопящими пассажирами, чьи руки потели, сжимая защитные перекладины.

– Элли, не надо, пожалуйста! – завывала я, поднимаясь следом за ними.