Мечников. Том 3. Живое проклятье

До марта работа у Игоря будет. Он записался в бригаду, которая расчищает пути. А уж с его магией — это работа пяти минут. Пиромант может в одиночку расчистить половину дороги до Аткарска за сутки.

— Я не опоздал? — спросил запыхавшийся Игорь, влетев ко мне в подвал.

Я перетащил все материалы из сарая и уже вовсю мастерил будущий микроскоп.

— Ты вовремя, дружище, — кивнул я. — Присядь, через пару минут понадобится твоя помощь. Рассказывай, как обстоят дела с документами? Выдали тебе новый паспорт? Если нет — говори сразу. Я обсужу этот вопрос с бароном.

— Не нужно ничего обсуждать. Я теперь — другой человек, — улыбнулся он. — Имя менять не стал, а вот всё остальное поправил. Львова больше не существует. Теперь я Игорь Станиславович Лебедев.

— Отчество тоже вымышленное или взял старое? — поинтересовался я.

— От этого ублюдка, который предал Родину и укатил в Европу? — гневно усмехнулся пиромант. — Нет уж. Взял имя деда. Он был хорошим человеком. Верным не только своей стране, но и своим принципам. А фамилию мне в паспортном столе сами сочинили. Но я и не против, меня всё устраивает.

— Ты ведь теперь вообще не имеешь даже документального подтверждения своей принадлежности дворянскому роду, — напомнил я. — Ведь Игорь Львов убит Рокотовым. Тебя такое устраивает?

— Да плевать! — отмахнулся он. — Если захочу снова поступить в Академию, меня с руками и ногами оторвут. С такой-то магией!

— Не станут спрашивать, откуда у простолюдина магия взялась?

— Скажу, что бастард. А чей — чёрт его знает, с кем там моя мать водилась? — пожал плечами Игорь.

После короткой беседы мы приступили к делу. Лебедев, тщательно регулируя температуру лезвия, помог мне заготовить тонкие срезы дядиной кожи.

Я знал, что ткани могут умереть от ожога, но тут же подпитал их лекарской магией, дав своим силам указание — повысить термостойкость клеток.

Игоря я предупредил заранее, что препарат будет готовиться долго, а с микроскопом впереди предстоит ещё несколько часов возни, но он отказался уходить. Ему хотелось узнать, какое открытие я сделаю на этот раз.

И он прождал меня аж до трёх часов ночи. Я забрал линзы, соорудил микроскоп, после чего достал заготовленный препарат кожи, и положил его на предметное стекло.

Затем повернул зеркало, которое должно было отражать свет в объектив, и сказал:

— Ну давайте, Игорь Станиславович, подавайте свет.

Пиромант зажёг палец и поднёс его к зеркалу. Я аккуратно повернул регуляторную ручку и…

Да! Вижу! Вижу клетки! Вот только…

— Во имя Грифона… — выругался я.

Я ожидал увидеть в этой каменной плоти всё, что угодно. Но только не это!

Вокруг клеток «каменной» кожи красовался невероятно прочный внешний скелет. Сами клетки были живыми — ядро, цитоплазма и прочие органеллы казались свеженькими.