Дерзкие надежды Карабаса-Барабаса

Зина опять вызвала «скорую», Юру отвезли в наш медцентр. Диагноз – инсульт. Все! Супруг умер на пятнадцатый день пребывания в клинике. Я приехала к Игорю, чтобы сообщить скорбную новость, всю дорогу думала, как поговорить с мальчиком, чтобы тот не подумал, что он стал причиной смерти отца. Вошла в палату, Шахов меня увидел, зашипел: «Чтоб вы с отцом сдохнули прямо сейчас». И у меня перегорели предохранители. Подошла к нему и прямо в лицо сказала: «Не «сдохнули», а «сдохли». Научись по-русски правильно разговаривать. Твоя мечта сбылась. Отец ушел к Господу пару часов назад! Вот со мной сложнее, я молодая, ради своих прекрасных детей больше ста лет проживу. Ты гад и сволочь! Больше трогать тебя не стану. Очень жалею, что сейчас тебя, урода, от колонии спасла, документы на другое имя тебе сделала. С другой стороны – хорошо. Ты мертв! Ничего тебе от отца не достанется! Платить больше за твое лечение не желаю. Ты мне никто. Сдохни сам в бесплатной клинике среди бомжей, куда непременно вскоре попадешь, поскольку отсюда тебя сейчас выгонят». Как вам мое поведение?

– Парень довел вас до края, – ответил я. – У вас умер в тот день муж. Удивительно, что не надавали подростку пощечин! Он их заслужил.

Изабелла взяла телефон и сказала кому-то:

– Зайди, пожалуйста!

Глава двадцать четвертая

В комнату вошел стройный кареглазый мужчина, определить его возраст мешали аккуратная борода и усы.

– Добрый день, – вежливо поздоровался он.

– Знакомьтесь, – весело защебетала Изабелла, – мой сын Иннокентий.

– Рад встрече, – кивнул я, не понимая, с какой целью женщина пригласила на встречу своего отпрыска.

И, вроде, Боря говорил, что у них с Юрием две дочери.

– Он прекрасно знал Игоря Шахова, – объяснила Белла, – сумеет ответить на любой вопрос о нем.

– Вы дружили? – обратился я к новому участнику разговора. – Он вам нравился?

– Во времена подростковой глупости я был от него в восторге, – засмеялся Иннокентий. – Сейчас бы с Игорем дел иметь не стал. На редкость мерзкий тип был."

"– Не надо так говорить, – остановила его мать. – Мальчику с младенчества не повезло. Появись он на свет у нормальной матери, все пошло бы по-другому. А когда с пеленок любви не знал, тогда чего от подростка хотеть? С хорошим отношением к родителям, окружающим, животным, ко всему миру не рождаются. Младенец способен только есть, писать, какать и кричать. Первая его эмоция – недовольство! Вовремя не дали перекусить – крик! Не поменяли мокрые пеленки – вопль! Спать хочется, в животе газы бурлят – ор! Потом, если все хорошо, поел, лежит в сухом, ничего не болит, слышит ласковый голос, вот тогда включается улыбка. Не знаю, что по поводу настроения новорожденных говорят профессиональные психологи, но мои дети вели себя так, как сейчас описала.