Мы из Бреста. Книга вторая

   22 июля на стыке 35 и 43 немецких корпусов в районе Рогачева прорвали линию фронта три кавалерийские дивизии под руководством полковника Бацкалевича. Практически не встречая сопротивления, кавалеристы 24 июля сходу взяли Глуск. Разгромив при этом находившийся там полк гитлеровцев. Еще один батальон противника был разгромлен на дороге Бобруйск - Глуск. В тот же день они соединились с подразделениями Слуцкой группы войск...

   А началось все - взятием днем 21 июля сводным отрядом лейтенанта Седова города Слуцка. Здесь был разгромлен гарнизон и освобождены узники двух лагерей для военнопленных и еврейского гетто. К вечеру того же дня подразделения Седова, пополненные бывшими пленными, при поддержке Особой авиагруппы НКВД уже были в Старых Дорогах, Солигорске, Лобани. На аэродроме Новый Гутков было захвачено несколько самолетов врага. В захваченных городах были освобождены еще около полутора тысяч военнопленных. Еще около полутора тысячи человек, были перехвачены на дороге Бобруйск - Старые дороги. Они перегонялись из пересыльного лагеря в Слуцк.

   22 июля наступление продолжилось на Уречье. Там, как и в Слуцке, располагался охранный полк. Бой за город и станцию были тяжелым. Потери среди наших бойцов были большими, но комбинированным ударом штурмовых групп, сводного гаубичного полка, артиллерийского поезда и авиаударом гарнизон врага был разгромлен. В этот же день нашей авиацией был нанесен бомбовый удар несколькими бомбардировочными и штурмовыми авиаполками по аэродрому Бобруйска. Поздним вечером 22 июля произошла встреча сорокалетнего генерала и двадцатилетнего лейтенанта, вернувшегося в Слуцк после взятия Уречья.

   Весть о взятии нашими войсками Слуцка, Константинов получил от разведчиков, ходивших в деревню за продуктами. По сообщению разведки в городе шло формирование частей из числа бывших военнопленных и окруженцев. Здесь же находился штаб группы советских войск. Поэтому он принял решение присоединиться с отрядом к действующей в городе воинской части. На дальних подступах к городу группа Константинова была остановлена усиленными постами и допущены в город только в сопровождении бойцов погранвойск прибывших за группой на трофейных бронетранспортерах и автомашинах.

   Город носил свежие следы боя и запустенья. Часть каменных домов была посечена осколками, а окна зияли темнотой разбитых окон. Не везде были убраны трупы павших. По улицам ходили усиленные смешанные патрули бойцов НКВД и бывших пленных, которых можно было отличить по впавшим щекам и осунувшимся лицам и сильно ношенному обмундированию. Благодушия на лицах патрульных видно не было. Со слов сопровождающего генерала сержанта Петрищева из лагерей было освобождено около десяти тысяч человек.