Не ждите меня в Монте-Карло

Ну, или почти все, – Маринка неожиданно шмыгнула носом. – Анютка вернулась из Воронежа.

– Это помощница вашей поварихи? Полагаю, дядя Боря за ней тоже ухлестывал?

Гаврилов внимательно следил за разговором. При этом он пристально смотрел на Веронику, что страшно ее смущало. Она принимала то одну позу, то другую, не в силах игнорировать его взгляд.

– Все еще хуже, чем мы думали? – спросила она, попытавшись целиком сосредоточиться на деле.

– Гораздо хуже, чем мы думали, – печально повторила Маринка. – Мой отчим… Короче, гадина он первостатейная. Ты представляешь?! Прямо в день моей свадьбы он устроил такое! Помнишь, как ты заснула в его кабинете на диване? Когда дядя Боря нашел тебя, он был вдвоем с таким мрачным коротышкой…

– Конечно, помню.

А коротышка – генерал-полковник Тотосов.

– Так вот. Дядя Боря и Тотосов замыслили убить журналиста, про которого твой коллега тебе рассказал.

– Пашку Агеева? – Вероника сжала кулаки.

– Точно, Агеева. Они вдвоем мухлевали с госзаказами – получали откаты от предпринимателей за контракты на поставки спецтехники. И Агеев собирался вывести их на чистую воду.

Тотосов заявился в Кипелково прямо во время моей свадьбы, потому что у них с отчимом уже земля под ногами горела. Вдвоем они укрылись в кабинете, чтобы спланировать убийство, и вдруг обнаружили на диване тебя. Узнав, что ты репортер, Тотосов сильно струхнул. Он немедленно вызвал своего подручного, не брезгующего темными делишками, и велел ликвидировать тебя при первой же возможности. То есть убить, понимаешь?

– Я так и знала, – пробормотала Вероника. – Я чувствовала, что дело во мне. Погоди, а кто рассказал тебе все это? И при чем здесь помощница поварихи?

– Сейчас объясню.

Когда Агеев погиб в аварии, Тотосов снова примчался с разговором к отчиму. Сообщил, что теперь страшен не журналист, а его досье. Тебя же можно оставить в живых. Они ведь журналиста не убивали! Ну, просто не успели. И ты перестала быть потенциальным свидетелем. Теплоход как раз прибывал в Ярославль, и Тотосов прямо при отчиме позвонил своему человеку – велел тому сойти с теплохода на берег и вернуться в Москву.

Именно этот разговор Анютка случайно записала на диктофон. Девушка она красивая, но не слишком сообразительная.

А если честно, глупая, как пробка. Запомнить не в силах ровным счетом ничего. Зато амбиций выше крыши. И вот она придумала поставить себе на службу технический прогресс – заявилась на кухню с диктофоном, включила его на запись и попросила повариху проговаривать вслух все, что она делает у плиты. Хотела, понимаешь ли, запастись рецептом ее фирменных голубцов. Нашей поварихе идея не понравилась, и они повздорили. Кончилось все тем, что Анютке досталось от поварихи полотенцем.