Непокорный трофей

Голос его был хриплым, каким-то чужим и надтреснутым. Он чувствовал слабость и дикий голод.

– Сбежала твоя шлюшка, – пренебрежительно ответила Хельда.

– Найти, – рявкнул Торем, застывшим воинам. И только после этого поднялся на ноги. – Вернуть живой и невредимой.

Лицо Этхельды исказилось от ярости.

– Зачем? Торем, уже второй раз ты умираешь по вине этой семейки. Сначала отец лишил тебя жизни, теперь вот… эта. Сколько ты будешь испытывать судьбу?! Нам нужно выступать! Показать, что мы способны надавать им по зубам. Иначе, уже завтра они выживут нас с этих земель или просто перебьют!

Ее голос звенел от гнева. Испуганно шарахнулись служанки, а воины смотрели на своего предводителя, ожидая приказаний.

– Что делать с пленниками? – тут же перевел разговор Кнут, проигнорировав злое рычание ведьмы.

– Веди ко мне. Я хочу с ними поговорить, – ответил Торем, стараясь не показывать, как тяжело ему сейчас даже стоять. – И скажи всем – пусть готовятся, мы выступаем на рассвете.

И Хельда счастливо улыбнулась. Наконец-то. Она снова видит Торема, за которым готова была пойти и в огонь, и в воду. И темные воды реки мертвых, чтобы выкупить для него бессмертие. Бессмертие для того, кто станет повелителем этих земель.

Так она видела в своих видениях. И так оно и случится.

Во рту пересохло, из-за горячего спертого воздуха дыхание перехватывало, мокрое платье липло к телу, слипшиеся волосы застилали лицо. Торговая повозка, в которой меня вывозили из Орлея, подпрыгивала по брусчатке, и от этой качки к горлу подкатывала тошнота. Но все это было не важно. Я возвращалась домой, в свою Элехорию, прочь от варваров!

И все же... Что-то внутри не давало мне покоя. Какая-то тревога, странное гнетущее ощущение не покидало. Перед глазами все еще стояла картина распластавшегося на мостовой варвара.

Все как в моем видении.

А значит Изгнанник точно мертв. И теперь захватчики лишились своего повелителя, а ведьму варвары совсем не жалуют. Стая лишилась вожака. Вернуть город будет намного проще. Тем более, что у Тобиаса появились союзники. Или... могущественный союзник. Гертельн. Если Шелинкор станет союзником Элихории, то варвары будут разбиты за сутки.

Но какова цена этого союза?

Беспокойство прокатывалось по венам, давило грудь будто тисками, потому что я знала ответ. Цена – мое замужество со стариком Гертельном. Тобиас пообещал ему мою руку, именно поэтому в первую очередь освобождали меня, а не завоевывал город. Все сходится.

Повозка остановилась с протяжным скрипом, снаружи послышались возбужденные, громкие голоса. А в следующее мгновение дверца открылась, впуская в повозку немного свежего воздуха. Перекатилась в сторону и выглянула наружу.

И тут же перед глазами показалась река. Узкая, горная, извилистая, с десятками перекатов.