Непокорный трофей

Да, Торем догадывался, кто стоял за этим. И если бы он не подоспел вовремя, то, вполне возможно, что покушение увенчалось бы успехом. Ведь даже ему едва удалось избавиться от ожившего платья. Что уж говорить о двух слабых женщинах? Но просто обвинить – этого мало. Нужно доказательство.

- Каталея… ты же сама слышала, что сказала кирия Миренея – к платью никто не прикасался. Думаешь, можно наложить чары не прикасаясь к вещи?

Каталея закусила губу, раздумывая над ответом, но портниха вздрогнула, словно ее голову посетила какая-то важная мысль, медленно повернулась к служанке и заговорила:

- Хейди, платье ведь ты помогала доставить в покои принцессы? – и в ее голосе прозвучало нечто такое, что Хейди стоило ее бояться больше, чем Торема и всех воинов, что пришли с севера. – Что ты сделала с моим платьем?

Миренея двинулась в сторону служанки, но Каталея перехватила ее, попытавшись сдержать.

- Вышли вон обе. – рявкнул Изгнанник, и Кейх тут же вскочил на все четыре лапы, ринулся к женщинам. И те испугано попятились вон, едва вспомнив, что нужно поклониться. – А вот теперь ты ответишь, что именно сделала с платьем и по чьему приказу!

Это был приказ. От тона, которым Торем чеканил слова, Хейди едва не теряла сознание и только ревела в ответ навзрыд.

- Я могу приказать тебя пытать, раз так ты говорить что-либо отказываешься…

- Нет-нет! Я все скажу… ска-жу… - всхлипывая, закивала Хейди. – Но потом меня убьет она…

- Кто она? – в ответ служанка всхлипнула еще громче. – Я спрашиваю, кто?!

- Я! – ответила вместо служанки Этхельда, распахнув дверь и буквально ввалившись в зал.

У Торема от такой заявки на щеках заходили желваки. Он впился в ведьму полным злости взглядом, бросив служанке скупое «Уйди!». Этого оказалось достаточно. Девушка испарилась мгновенно, словно ее и не было в зале. Оставив наедине двух хищников, готовых броситься друг на друга в любой момент.

Когда Торем считал, что нет женщины лучше, чем Хэльда. Она была одновременно и бесстрашна, и покорна. Она была хорошей помощницей и прекрасной любовницей. Но еще – она была другом и советчиком. Она понимала Торема, вытаскивала раз за разом из-за грани жизни и смерти, подарив ему бессмертие.

Она никогда не говорила, что будет принадлежать только ему. Никогда не скрывала, что пойдет только за сильным.

Это была совершенно другая женщина. Что-то сильно изменилось в ней. И Торем впервые задумался над тем, что тьма, к корой так часто она обращается, поглотила ее разум. Хельда стала его разочарованием.

- И ты не собираешься оправдываться?! – спросил Торем, глядя, как она спокойно приблизилась к столу и налила себе вино в кубок, тут же отпив.

Она казалась спокойной, равнодушной, даже немного веселой, но кому как не Хравнсону знать, что все это только мнимое спокойствие.