Оборотни клана Морруа

Катерсоны в ужасе вытаращились на быстрый темный поток, затем озирались вокруг, пока Нильс не пробормотал:

Арно пожал плечами и ответил, заходя в воду:

– Лодки нет, она, как вы помните, утонула! Нас выкинули с вертолета за несколько километров до поместья с грузом. Там негде приземлиться незамеченными. У ваших бывших хозяев и ракетные установки имеются, поэтому рисковать не стали. Пришлось пешком шлепать. Не волнуйтесь, через реку мы вас переправим в целости и сохранности, дальше всего пара километров хода и вуаля – удобная площадка для вертолета. Загрузимся – и домой.

Крепитесь, люди, остался последний рывок!

Выслушав его, Катерсоны, взявшись за руки, полезли в воду, а я упиралась всеми конечностями и рвалась из рук Рене:

– Я не полезу в воду, понятно! Отпусти меня, животное, я не хочу никуда идти!

Рене не стал со мной бороться, под насмешки оборотней вскинул на плечо и понес в реку. Очень быстро нас увлекло течением, а плавала я из рук вон плохо и начала захлебываться. Рене, перехватив меня под грудью, прижал к себе и довольно умело и успешно преодолевал сильное течение. Пару раз нас приложило о камни, я с головой уходила под воду, но Рене удар принимал на себя и не выпускал меня из рук.

Хватая ртом воздух с водой, отфыркиваясь и отплевываясь, я выныривала наружу, и он плыл дальше. В конце концов, я поплыла у него на спине, крепко вцепившись, а он, освободив руки, быстро и мощно греб к берегу.

Мокрая, усталая и под завязку заполненная водой, трясясь и клацая зубами, я выползла на берег и рухнула на горячие камни. Замерла, ощущая, как из тела уходит ледяной холод и расслабляются застывшие мышцы. Мои волосы спутанной массой закрыли лицо, но сил убрать их не было.

Полежав в позе звезды пару минут, я вздрогнула, ощущая напряженную тишину, и подняла голову.

Катерсоны вылезли из воды гораздо дальше меня вниз по течению и тоже сидят, судорожно дыша и отогреваясь на солнце. Рядом с ними сохнут Жакру, Жан и Джинкс. Огляделась в поисках Рене – и замерла под его жутким, горящим, фанатичным взглядом собственника. Глаза самого насыщенного зеленого цвета быстро темнели, и в них появились знакомые золотые искры. Пухлые губы раздвинулись в яростном оскале, звериные клыки медленно выдвигались вперед.

Его нос с таким остервенением втягивал воздух, что никаких сомнений в том, что у него пошла реакция на самку, не осталось. Он понял, кто я – свободная самка!

Внутри у меня в странном предвкушении заворочалась вторая – животная – половина. Я начала медленно отползать назад – и тут начались крупные проблемы. Натолкнувшись на ноги Поля, я, сглотнув от страха, уставилась в его голубые-голубые холодные глаза, блеснувшие торжеством. И едва не взвыла, увидев еще пятерых веров, тоже почуявших запах свободной самки.