Девочка Шаха

Радка уже проболталась Егору, что мы учимся вместе в институте на третьем курсе, вопрос времени, когда Шах все узнает. Как к этому отнесется Марат, меня не особо волновало. Неоплаченный долг за спасение жизни, не повод для общения.

Для себя я решила держаться от Шаха, как можно дальше. И это не потому, что меня дедушка предупредил, я и сама не хотела продолжать. Его объяснения в машине не могло повлиять на принятое мною решение.

Номер телефона пришлось дать, он бы не отстал. Да и прежде чем вернуть ему вещи, я предварительно собиралась позвонить. Вчера вечером он несколько раз набирал мне, но я не ответила на вызов.

Позже Марат прислал сообщения:

М:Как ты себя чувствуешь?

Я:Спасибо, все нормально.

Сухо ответила я.

М:Чем занимаешься? Как нога?

Я:Нога не болит. Ложусь спать.

Уверена, что он мне не поверил, ведь время еще детское — восемь вечера.

М:Доброй ночи.

Я:И тебе.

Демонстрация равнодушия и безразличия удалась, но от этого мне не стало легче. Разумом понимала, что все сделала правильно, а сердце со мной не соглашалось."

"Прихватив с собой пакет с чистой выглаженной одеждой, я вместе с дедушкой спустилась в паркинг, где стоял его автомобиль.

— Садись назад и ногу положи на сидение. — дедушка мой герой! Облегчил мне задачу — спрятаться за тонированными окнами, на случай если Марат или его друзья следят, чтобы я не ходила в «школу». Хотя, зачем им это?

Плохое настроение было не только у меня в этот день. Радка выглядела ужасно, я никогда не видела ее такой грустной: бледная, сломленная, глаза опухшие. Что у нее случилось? Я сидела с Антоном, который сегодня опоздал, и не могла поговорить с подругой. Пришлось ждать перемены.

Сорокиной на парах в этот день не было, что не могло не вызывать тревогу, все ли с ней в порядке и не обманул ли меня Шах?

Первое, что сказал друг, когда преподаватель отвернулся было:

— Ты совсем с головой не дружишь? Я только вчера узнал, что это ты за Арлекином сиганула! Знал бы в тот день, что это ты, достал бы и собственноручно придушил! — Дема был зол, но мне как-то приятно стало, что он обо мне тревожился.

— Демин, вам неинтересно? — строго обратился к нему преподаватель. — Я вас не задерживаю! — указал он на дверь.

Антон остался в аудитории, но я заметила, что друг сегодня сам не свой: заведенный, нервный, напряженный. Я не решалась с ним ни заговорить, ни пошутить, как раньше, что-то его сильно беспокоило. Дема глубоко уходил в себя и не реагировал на то, что происходит вокруг.

У Рады все оказалось банально…

— Что у тебя случилось? — спросила я, как только аудиторию покинули почти все студенты.

— Мы вчера с Егором ходили в кино. — не радостно усмехнулась подруга. — Я его сама пригласила, а он не смог девушке отказать.