Осторожно, злой босс (СИ)

Смотрите, вот эта кнопка включает всю варочную поверхность, а вот этими выбираете, какую конфорку хотите включить — босс говорил, а я слышала лишь половину из его слов. Меня так завораживали его губы, которые ещё вчера прикасались к моим, что я ничего не могла с собой поделать.

Он что-то спросил меня, и я вынырнула из своих мыслей.

— Вероника Юрьевна, вы меня вообще слушаете?

— Если продолжите так на меня смотреть, боюсь, на работу мы с вами приедем ещё не скоро. — По выражению лица Дмитрия Романовича я пыталась понять, какой смысл он вкладывает в эти слова, потому что мой мозг рисовал крайне неприличные сцены. Я даже испугалась, откуда всё это было в моей голове, потому что сексуального опыта, как такового, у меня практически не было.

Зато вот последствия этого опыта я усвоила очень хорошо. После моего единственного раза родилась Маша.

Я стояла, прижавшись пятой точкой к столешнице, а Дмитрий Романович подошел ко мне, поставив ладони с обеих от меня сторон, заключив в своеобразную ловушку, и начал медленно наклоняться.

— Вы всё поняли, Вероника Юрьевна?

— Думаю, будет здорово, если вы мне ещё раз объясните. — Прошептала я, уже почти ему в губы, так как наши лица были на расстоянии всего нескольких сантиметров.

— Я могу очень долго объяснять, в этом плане, я терпеливый учитель.

Его губы дотронулись до моих, и всё тело будто пронзило током. Мы изучали друг друга. Не торопились, наслаждаясь моментом.

— Кхе-кхе — раздался кашель где-то сбоку от нас, и я тут же, как ошпаренная, отскочила от Дмитрия Романовича.

На нас, вся красная, словно рак, смотрела няня Маши, с самой Машей в придачу.

— Простите, я стучалась, но никто не открывал, а потом дернула ручку, а тут открыто оказалось — начала оправдываться она.

— Видимо, забыла закрыть — смущенно улыбнулась я ей в ответ.

Дмитрий Романович, почему-то, совсем не спешил присоединиться к нашему разговору. Он вообще, сел за стол, положив ногу на ногу, и сидел, словно его ничего происходящее не касалось.

— Мама, а что вы делали такое? — начала дочка, и я поняла, что то, что наш поцелуй увидела няня — не самое страшное. Теперь, кажется, мне придётся объяснять Маше, почему люди целуются.

— Ничего, потом поговорим, нам с Дмитрием Романовичем пора. Да? — я глазами просила у него поддержки, но начальника словно приклеило к этому дурацкому стулу! Да что же это он никак не хотел вставать!

— Давайте, всё же, выпьем кофе. Как-то не хорошо будет без него начинать рабочий день — вместо этого предложил он, а я даже растерялась. И где его неуёмное стремление появляться в офисе с криками петухов? Куда всё растерялось?

— Ой, боюсь, у меня с кофемашинами ещё хуже, чем с плитами. — Честно призналась я, вспомнив инцидент дома у босса.