Плохая

Раньше я никогда не испытывала такого отвращения к партнеру, даже если он и не соответствовал моим представлениям о мужской красоте.

Выворачиваюсь из его рук, прыгаю на кровать, подползаю к изголовью, как можно эффектнее, а потом распахиваю ноги, приглашая его.

Снова хмыкает. Победоносно расстегивает свои штаны, резко хватает меня за ступни и тянет на себя.

Я ойкаю от резкости его движений. А его моя растерянность, как кажется, только заводит. Его член большой и налитой. И он явно гордится им передо мной, демонстрируя свое мнимое мужское превосходство, насмехаясь над моими мыслями о его возрастной немощности.

— Сними трусы, сучка, — приказывает, трогая себя ритмично, словно бы боясь потерять темп и сдуться. Его голос груб, шершав. Личина галантного кавалера слиняла, как некачественная краска с одежды при стирке. Вот и проявилось его истинное лицо…

Я молча делаю то, что он говорит.

Ламун наваливается на меня сверху, снова дергает мои ноги, расставляя их для себя еще шире. Я же со всей силы зажмуриваю глаза. Его пальцы грубо раздвигают меня, направляя член ко входу, а потом он одним толчком меня заполняет…

Секунда, которая в моей голове длится дольше, чем возраст Вселенной- и стены комнаты содрогаются от его истошных воплей.

— Шармута! Что это?! — орет он, резко вынимая меня из себя и в ужасе смотря на то, как из его тут же опавшего члена бесконтрольно хлещет кровь, заливая меня, кровать, его…

— Жаль, месье Ламун, что Вы считаете тему насилия над женщинами на войне ничтожной и бессмысленной… Иначе бы Вы могли знать, что женщины во время вооруженных конфликтов, в частности, в Югославии, чтобы избежать сексуального насилия, втыкали в пробки от вина бритвы и отломанные кончики ножей, а потом аккуратно засовывали это оружие во влагалище, чтобы такие мрази, как вы знали, каково это, когда тебе больно и над тобой совершают насилие…

— Твааарь, — шипит он, предпринимая бессмысленные попытки остановить кровотечение.

Когда дверь с балкона распахивается, я уже успеваю накинуть на себя кофту. Остальное прикрывать бессмысленно- я вся по пояс в крови.

Ворвавшийся к нам мужчина с ног до головы, включая лицо, в черном окидывает меня равнодушно-деловитым взглядом. Протягивает мне пластиковый пакет.

— У Вас ровно десять минут привести себя в порядок в ванной и переодеться. Грязные предметы одежды скинете обратно сюда же. А я пока окажу первую помощь господину Ламуну и объясню ему, что к чему…

Я еще не успеваю выдохнуть, потому что понимаю, что всё самое страшное может быть еще впереди. Впереди моя главная игра… Вот и настал день, когда пришлось отыграться за тот роковой покер…

Аккуратно вытаскиваю из себя пробку с воткнутой в нее посередине бритвой, смываю его кровь с себя, вытираюсь насухо.