Поход на пенсию

 — Нами установлена цель специальной операции, и это вызывает возмущение столь необъяснимым действием вашего Правительства…

Американский посол уже был информирован своим правительством о захвате на Дальнем Востоке России диверсионной группы 5‑го отряда специального назначения военно–морских сил США. Грэю были даны соответствующие инструкции и рекомендации по линии поведения, но все же ему неприятно было выслушивать вполне понятное возмущение со стороны представителей Российской власти.

— По данному факту мы вынуждены послать правительству США официальную ноту протеста…

Давая Грэю инструкции, помощник президента, однако, обмолвился, что ожидать от России решительных шагов особо не следует. Слишком уж привык оборачиваться на США президент России в решении своих вопросов… а что же скажет любимый друг Клинтон?…

— Мы вынуждены вынести на суд мировой общественности… — Министр говорил как будто заученные фразы.

Мистер Грэй был почти уверен, что за этим ничего не последует…

— Проинформировать Организацию Объединенных Наций…

Мистер Грэй вдруг совершенно четко осознал, что в настоящий момент Россия кроме ноты протеста ничего более весомого сделать не сможет. А нота протеста это так, по сути, пустое сотрясание воздуха.

А посему все же остаются США на мировой арене в роли мирового жандарма: захотел — захватил Гренаду, захотел — отбомбил Ливию, захотел — объявил войну Ираку, а если надо повоевать в Европе, то нет проблем — Югославия в вашем распоряжении, дядя Сэм…

Нет у России силы, способной заставить считаться с собой. Ядерное оружие на тактическом уровне совсем не в счет. Ведь не будешь же в чеченский город Шали ядерную бомбу бросать…

И Министр Иностранных Дел Российской Федерации это тоже превосходно знал. Он как никто другой знал и понимал, насколько слабы позиции государства на мировой арене. Ушли те времена, когда можно было главе великого государства стукнуть ботинком по трибуне Организации Объединенных Наций и пообещать всем «показать Кузькину мать»…

— Правительство Соединенных Штатов Америки примет к сведению ноту протеста… — ответил мистер Грэй, выслушав до конца Министра Иностранных Дел Российской Федерации.

Все было обыденно и скучно.

Лихой и Жуков сидели у генерала дома, на кухне. Пили чай.

— Когда об успешном завершении операции доложили президенту, он выразил сожаление, что не знал об этой операции ранее, — сказал, горько усмехнувшись, генерал. — После чего добавил, что примет меры к недопущению в будущем… а на лицо совершенно никаких последствий. Какая никчемность…

— Да, — улыбнулся Олег. — Многие народы пришли бы в ужас, узнав какие никчемные люди ими управляют…

Олег приехал в Москву для доклада о завершении операции.