Помощница для профессора (СИ)

— Салфеточки действительно хорошо смотрелись бы на ней, — не сдержала я издевки. — Зачем ты тащишь ее обратно? Я же сказала…

— Я сейчас тебе много чего скажу, малышка.

Он, кажется, действительно злился, но я не боялась ни капельки, хотя на всякий случай не стала смеяться.

— Твоя проклятая скамейка остается, — отрезал он. — Так что, лучше поищи ту плеть, что шла с ней в комплекте. Честное слово, я в настроении использовать весь набор по прямому назначению.

Боже, я больная, наверно, если меня заводит его злость и такие вот обещания. Вспомнив, как вчера ладонь Исаева прижгла мой зад, я застонала в голос.

Захотелось раззадорить его еще сильнее.

— Инструкцию тоже принести? Вряд ли ты будешь действовать интуитивно, как все нормальные люди.

Рома пнул скамейку, чтобы она отъехала в угол, и стрельнул в меня глазами. Ни дать, ни взять, бешеный бык на арене.

За два шага он оказался рядом и даже почти вплотную. Я юркнула в спальню, где Рома неожиданно повалил меня на кровать. Халат, который я успела накинуть, пока он болтал с мамой, предательски распахнулся.

Довольная похотливая улыбка разрезала лицо Ромы.

— Прелесть какая. Это все мне? И без упаковки? Без инструкции? Прям как для нормального.

— И все натуральное, между прочим! Твоя мама бы оценила.

— Веселишься, Насть? — спросил он, нависая надо мной.

Я покосилась на его руку, чтобы не задеть нечаянно. Нет, порядок. Он упирался правым локтем чуть в стороне от моей головы.

— Какое уж тут веселье, — продолжала усугублять свое положение. — Если бы мой сын был роботом, я бы тоже старалась его выходить. Зря ты от козы отказался.

Рома лизнул мои губы, прикусил нижнюю, но целовать не стал. Только бросил:

Я вспыхнула от возмущения, но он тут же спустился губами по моей шее, и я задохнулась от восторга. Вкупе с яростью мои ощущения только усиливались. Так он это специально! Я выгнулась от наслаждения, когда он принялся обводить языком засосы, которые вчера поставил. Все-таки хорошо, что меня его мама не увидела такой.

— И что же ты имеешь против роботов, Настя? — продолжал Рома. — Разве не они тебя каждый день удовлетворяют?

— Имеешь в виду кофемашину, посудомойку и прочие блага цивилизации?

— Нет. Имею в виду твоих маленьких друзей, которые поселились у нас вместе со скамейкой.

Едва я поняла, о чем он, то вся задрожала. А уж вместе с его влажными поцелуями и ласками — просто космос. Губы Ромы двигались все ниже, и вот он уже посасывал мои соски, заставляя выгибаться и стонать громче, забывая, о чем же шла речь.

— Познакомь меня со своим любимым роботом, Насть.

— В зеркало посмотрись.

Я напряглась, но Рома, кажется, не обратил внимания на мои слова, или не наделил их другим значением, в отличие от меня.

— Настя… — прошептал он снова.