Попаданка и ее айдолы (двухтомник)

Картину, словно вышедшую из каких-то женских фантазий, дополняла ненавязчивая песня саксофона и великолепный вид на ночной город с сорок первого этажа.

Только вот вся эта магия развеялась, стоило мне подойти ближе и обратить на себя внимание. Потому как с первой же секунды У Вейшенг повел себя как опытная самовлюбленная сволочь. Он несколько раз прошелся по мне взглядом хозяина этой жизни, оценивая всё — от одежды и сумочки до непосредственно моего тела и лица. Еще секунда — и я была снисходительно признана «годной к употреблению», а потому мужчина грациозно поднялся и одним движением отодвинул мне стул напротив себя.

— Добрый вечер. Присаживайтесь, мисс Ян.

Что поделать. Пришлось для начала вежливо здороваться и садиться, куда велели. Некстати в голове всплыл текст с какого-то сайта про имена — мне мачеха подогнала не только гороскопы кандидатов, но и полные расшифровки их имен до последней черточки в иероглифе.

Имя «Вейшенг» означает потребность доминировать. Всегда и везде. Вне зависимости от того, насколько оправданно такое стремление в конкретных обстоятельствах. Конфликт с тем, кто заведомо сильнее, не пугает, а, скорее, наоборот — раззадоривает.

С возрастом меняется только «весовая категория», а приоритеты остаются прежними «сильнее, выше, быстрее», даже когда в этом нет практической необходимости. Зато — есть результат.

Эрике такое точно не подойдет. А про меня и вовсе разговор не стоит начинать. И как такое отпугивать? Нахамить? Вспомнить тот самый сомнительный юмор из сериалов?

Нет. Еще раззадорится, кинется «покорять недоступную вершину» и перевоспитывать наглую женщину.

Про Рю я даже упоминать не буду, потому как результат непредсказуем. Слишком уж сильно менялось выражение лица моих отца и мачехи, когда они говорили о его семье. А я не хотела бы стать причиной серьезных проблем у моего лохматого режиссера.

Еще немного подумав, я выбрала образ воспитанной робкой девочки-куколки, которую нарядили, накрасили и посадили на стульчик. Она сидит, хлопает глазами и ничего из себя не представляет. Интересного!

— Думаю, представляться нам не стоит. Мы оба читали анкеты друг друга и знаем, зачем организована эта встреча. Так что позвольте быть полностью откровенным. Ваше прошлое, конечно, не делает вам чести, — одновременно предельно вежливо и крайне хамски заявил мне претендент после долгого молчаливого осмотра. — Но это мелочи, я понимаю. Детские шалости, простительные девушке вашего возраста и положения. Признаться, будучи школьником, я тоже мечтал о… ненадежных вещах. — Вейшенг на секунду посмотрел мне в глаза и продолжил чинно расчленять стейк с кровью. Причем разрезал он сразу два — и себе, и мне.