Попаданка и ее айдолы (двухтомник)

Даже полезно будет освежить в памяти некоторые нюансы, освоить новинки, повысить квалификацию.

Так почему же я опять нацепила маску, бейсболку и шустро перебираю ногами по направлению к общежитию «Син-Син»?

Наверное, виновата совесть. А еще ответственность. Потому что мы в ответе за тех, кого приручили, и тех, кого усыновили.

А Лео я уже воспринимала как своего подопечного, увы. Бросить мальчика сейчас, когда я успела абсолютно искренне пообещать ему помочь… я себя сама потом загноблю. Да и говорила уже — люблю делать окружающих счастливыми. Мой уход поставит ребенка в очень неудобное положение и окончательно разобьет веру в людей. И пусть мы знакомы всего ничего, но…

А кроме него, у меня еще один «ребеночек». Настоящая Рита. Потому что она, судя по всему, никуда не исчезла. И мои правильные мысли об учебе, спокойной жизни, хорошей стабильной профессии отозвались где-то внутри болезненным спазмом и глухой тоской.

Эта девочка отдала мне свое тело и шанс выжить после того, как на меня упало здание. Нельзя вести себя по отношению к ней по-свински. Танцевать и петь я все равно не буду… но остаться в индустрии смогу. Сначала в качестве помощника, потом, скорее всего, стану агентом. Между прочим, хорошие агенты, умеющие растить звезд, популярны не меньше собственных подопечных. А зарабатывают иногда даже больше самих певцов и актеров, курируя несколько исполнителей.

А потом и на более крупное продюсирование можно замахнуться. Почему нет? Надеру Рю задницу на его же поле.

Стоп. Это из другой оперы. Это лишнее. Как вообще мысли о моей карьере скатились к Рю? Засранец, это ж надо быть таким навязчивым.

Тем более что я уже приехала. Думать глупости стало некогда.

— Страховка? — первым делом спросила я у сонного и помятого Лео, вручая ему очередную баночку йогурта с отрубями.

— Чем ты меня пичкаешь? — Он ел и бухтел одновременно. Сидел на своей койке, наполовину еще укутанный в пушистый плед, лохматый, неумытый и с розовой повязкой для глаз, сдвинутой на лоб. Был похож на принцессу, которую с горошины неделю не отпускали. — Привеса нет, но я же чувствую, что еды больше. Что это?

— Маленькая хитрость. Медленные углеводы, которых мало. У тебя ведь и кишечник заработал как надо? Запора не было?

— Ты! — Лео едва не подавился йогуртом и вытаращился на меня из-под розовой повязки как на страшного монстра. — Бессовестная!

— Сам такой. Это обычный вопрос касательно твоего здоровья, за которым я должна следить.

Вообще удивительно, что он взвился. Я по прошлой жизни помню, что туалетная тема в Китае, Корее и рядом никогда не была настолько табуированной, как в России. И народ к ней относился гораздо проще. Все люди, все человеки.