Дороги Пламенных

— Его магия слишком слаба, а Сага не может зажечь даже магический светлячок. Значит, есть кто-то третий. Тот маг, который наносит Печати и сеет смуту в королевстве. И….

Пламенная резко отвернулась, предчувствуя, что все взгляды сейчас будут обращены на нее.

— … твоя ученица видела его, — закончил Серый.

— Она, скорее всего, его только видела, — многозначительно сказал магистр Лин. — А вот Аурелио Сага и Рэуто, наверняка, знают и кто он, и где его логово.

Какое-то время в комнате царила тишина. Райга затылком чувствовала взгляды ищеек. Молчание прервал Хунта:

— Что им нужно от нее? Артефакт Кеуби?

Магистр бесстрастно произнес:

— Нет, не сходится.

Я предполагаю, что про Глаз Пламени Сага не знал. Ему нужно было получить владения и титул для своей дочери, сбыть с рук неугодную племянницу и забыть о ней. Судя по репутации Рэуто, замужество обеспечило бы ей много страданий и вечный покой в перспективе.

Ищейка с сомнением спросил:

— И за что же герцог Аурелио решил расплатиться жизнью племянницы?

— Причин может быть много. Сокрытие налоговых махинаций в Манкьери. Или помощь в получении титула и владений Пламенных.

В голосе Аллатриссиэля прозвучало удивление:

— Но твоя ученица сама отказалась от своего наследства. Зачем, кстати?"

"— Вот об этом Печать в первую очередь и запрещает говорить, — с сожалением ответил магистр Лин.

Райга все это время сидела, едва дыша, и старалась не отрывать взгляд от стекла. Руки она сцепила на коленях. Обрывки воспоминаний настойчиво лезли в голову. Пещера, белый рисунок на полу, черный клинок в руках Рэуто. Какова вероятность, что Аллатриссэль вытащит что-то стоящее из ее головы? Она ведь не видела лица того, кто произносил заклинание.

Того, кто одним взмахом руки убил охранника и перед кем лебезил властный и уверенный Аурелио Сага. Кто обещал отдать ее Рэуто, после того, как получит…что?

А наставник будто бы прочитал ее мысли и уверенно обратился к своему другу:

— Тебе стоит начинать не с нее, а копать под Рэуто и Сага. Вполне вероятно, что они как-то связаны с Ичби.

— Король не позволит трогать отца своей невестки, — заметил Хунта.

— Смотря в чем он замешан, — задумчиво протянул Аллатриссиэль. — Но мне бы не хотелось быть тем, кто принесет Его Величеству такие новости.

И, в любом случае, я должен попытаться прочитать твою ученицу. Со мной будут Цанцю и Хунтабере, и я обещаю тебе, что…

— Нет, — оборвал его магистр.

В голосе Аллатриссиэля появились стальные нотки.

— Это решение останется за мной, Линдереллио.

Но наставник возразил ему:

— Она еще ребенок. На девочку и так неприятности валятся одна за другой. Дайте ей хоть вздохнуть спокойно. Ты пробудил Печать неделю назад. Райга никуда от тебя не денется. Первая неделя в школе выдалась нелегкой.