Принц и нищенка

Официант много раз кликает по экрану телефона, забивая заказ, а потом поднимает голову, ожидая принять его у меня.

— Мне просто воды, — говорю хрипло.

Жесть! Она назаказывала самого дорогого! Я не настолько богат, а в этом месяце еще и практически на мели. Надо срочно писать Тошику, чтобы скинул мне денег, хорошо, что он не так сильно на меня злится. Смотрю вправо и вижу за столом двух симпатичных девчонок, у них по салату и напитку, я думал девчонки так и едят. Но моя королева решила гульнуть на широкую ногу. Чумакова замечает, что я куда- то долго и задумчиво смотрю и поворачивает голову, потом возвращает ее ко мне и тяжело вздыхает.

— Гарсон! — вопит на весь ресторан и щелкает пальцами в воздухе, подзывая официанта, который еще не успел уйти, — А еще можно бутылку вашего самого дорогого вина вон за тот столик. Джентельмен хочет угостить девушек!

Она коварно мне улыбается, а я думаю, что когда она говорит «самого дорогого», она даже приблизительно не понимает насколько.

— Ничего я не хочу! — пищу испуганно, — Вино отмените!

Официант смотрит на меня с пониманием. Спасибо за поддержку, чувак! Тебе все это еще выносить, а потом убирать… Надо держаться вместе…

— Что-то, Гофман, ты загрустил, — Чумакова откидывается на кресло и растягивается в широкой улыбке.

— Все в порядке, — говорю грустно и лезу в карман за телефоном.

Я умолял Тошика скинуть мне как можно больше денег, потому что на счет мне смотреть очень страшно. Я не буду смотреть на терминал, лучше завтра проверю уведомления, чтобы сегодня не портить себе настроение.

Когда начинают выносить блюда, Чумакова все внимательно пробует, что-то ей нравится, что-то нет и она морщится, от устриц особенно. Меня умиляет ее детская непосредственность, она так забавно все комментирует, а еще тянет свою вилку через весь стол, чтобы я тоже попробовал, не догадываясь, что в ресторанах так не делают. Наш стол ломится от не съеденного, но попробаванного. Но Василиса совершенно очаровательна, особенно когда вымазывается в шоколаде. Я не могу перестать на нее смотреть. Пусть еще что-нибудь закажет, лишь бы мы сидели здесь подольше и я на нее смотрел.

— Ох! Натрескалась, как на первый день Пасхи! — Чумакова спускается ниже и хлопает себя по животу, — Обязательно зови меня еще!

— Обязательно, — говорю в пол голоса и не могу оторвать от нее глаз. Я что, влюбился что ли?

— Ну давай, проси счет, — она хихикает, — Хочу поскорее посмотреть на твое лицо! Это тебе за то, что не можешь удержать свои руки!

— Надеюсь, тебе понравилось…

— Не сомневайся! — смотрит шкодно и хохочет, как демон.

На обратном пути мы немного поговорили.