Рыжий доктор

Появился режиссер, коренастый мужчина в квадратных очках, и принялся объяснять Игорю Анатольевичу, какие вопросы ему будут задавать во время интервью.

– Как ты планируешь снимать его на локации? Посадишь за стол в ординаторской? – спросил подошедший к ним Долуханян.

– Нет, думаю, надо дать «живье», – покачал головой режиссер. – Лучше снимать в проходе.

Заметив выражение лица своего главного героя, Долуханян улыбнулся и пояснил:

– Это значит, Игорь Анатольевич, что вы будете ходить по коридорам больницы, а не сидеть на стуле. – И обязательно покажем вас среди коллег.

Он снова обернулся к режиссеру:

– Ты будешь брать стедикам?

– Нет, у нас хороший оператор, он и на ТЖК прекрасно снимет.

– Это телевизионный журналистский комплект, – снова пояснил Долуханян. – Камера и свет. Света, кстати, нужно захватить побольше…

Долуханян продолжил беседу с режиссером, а доктора Симачева повели в гримерную. Там его встретила симпатичная девушка, представившаяся Аленой.

– Нечасто приходится мне здесь видеть знаменитых врачей, – призналась она, усаживая Игоря Анатольевича во вращающееся кресло напротив зеркала. – Все больше политики и звезды шоу-бизнеса.

– А это обязательно? – испугался Игорь Анатольевич, заметив в ее руках кисточку и пудру.

– Без грима ваше лицо будет расплывчатым, – пояснила Алена и набросила ему на плечи защитную накидку, чтобы не испортить костюм. – Тут речь не о красоте, а о четкости картинки.

Алена широко улыбнулась и игриво добавила:

– Так что сидите смирно, пациент!

После длинного интервью в студии Долуханян отвел своего гостя в кафе, где они вдвоем наскоро пообедали. Потом журналист передал Игоря Анатольевича в руки режиссера. Они вышли на улицу и через несколько минут уже сидели в черном кроссовере с яркой надписью «Телевидение» на боку. По дороге в больницу появилась возможность позвонить главному врачу.

– Мотя, ты меня втянул в какую-то авантюру, – сказал Игорь Анатольевич почти что сердито. – У меня, между прочим, пациенты…

– У тебя, между прочим, отгулов накопилось столько, что любой профсоюз может с меня голову вместе с шапкой снять, – ответил Матвей с излишней горячностью. – Ты ведь не думаешь, что я тебя просто так попросил в кино сняться? Потом поймешь, насколько это важно…

– Ну, хорошо, уговорил.

– Ты там делай, что требуется, ребята твоих пациентов держат под особым контролем. Операций у тебя в ближайшие дни нет, так что не переживай. Все в порядке!

И вот тут в душе Игоря Анатольевича впервые шевельнулось какое-то смутное подозрение. Что-то определенно было не в порядке. Но допрашивать друга у него не было ни времени, ни возможности.

К концу дня доктор Симачев оказался измотан так, что еле ворочал языком.