Дракон вредный, подвид мстительный. Книга 1

Почему это слово мне не понравилось? И откуда взялось этакое ощущение беды?

– Разумеется, командование не против дополнительных проверок молодняка. Задача школы научить вас действовать в любых условиях, в том числе максимально неприятных и внезапных. Но есть кое-какие отличия между вам и ими, – Эрвин ткнул в нашу сторону пальцем. Подождал пока все осознают и добавил: – Они всё-таки леди.

Мм-м… логично, но что же здесь не так?

– Мягче надо быть, парни, – сказал Эрвин проникновенным и почему-то зловещим тоном. – Мягче!

Он выпрямился, выдержал новую паузу и…

– Во избежание новых подобных инцидентов, я принял следующее решение! Каждый из курсов возьмёт на попечение одну леди.

Можете считать их своим полковым знаменем, которое нельзя уронить. – Потрясённое молчание, и директор продолжил: – И речь не только о физической сохранности – результаты проверочных работ, зачётов и экзаменов леди так же отразятся на общем зачёте вашего факультета.

Не знаю как парням, а мне захотелось грохнуться в обморок.

Но дальше больше!

– Леди распределим при помощи жребия, – сообщил Эрвин.

После этого Форгин передал ему ведёрко для льда.

Я смотрела, как директор запускает руку в ведёрко и глазам не верила. Ну а он вытащил первую записку и объявил:

– Первый курс, под ваше шефство идёт леди Дорина.

Кто-то громко сглотнул.

– Второй курс, – не давая опомниться, продолжил Эрвин, – Леди Флавия.

Наша неженка-трусиха покачнулась.

– Третий – Пенелопа, четвёртый – Миоль, пятый – Валетта!

Торжественное оглашение списка закончилось, ведро исчезло, плац затопила тишина.

Айсберг в лице директора превратилась в нечто совсем уж строгое, но на губах мерещилась тень самодовольной улыбки.

После очередной длиннющей паузы Эрвин рявкнул, видимо для соблюдения протокола:

– Вопр-росы? Возражения?

Самоубийц с возражениями не было, а вот с вопросом нашёлся…

– Разрешите обратиться, – прозвучал голос со стороны второго курса.

Эр Форс кивнул, и вперёд вышел рыжеволосый Йерс – спокойный и сосредоточенный.

– Слушаю, – процедил директор.

– Леди шесть, а вы назвали лишь пятерых. Кажется, вы забыли упомянуть леди Августу.

Мои щёки всё-таки порозовели – это заступничество, попытка отстоять мои интересы, была чрезвычайно неприятной.

Зато Эрвину выступление не понравилось.

– Я ничего не забываю, кадет, – отчеканил он. – Если вы не заметили, курсов всего пять. Логично, что и леди пять. Шесть леди на пять курсов никак не делится.

Прозвучало настолько уверенно, настолько непоколебимо, что что-то в моей душе дрогнуло. Вспомнился цепкий взгляд умных в общем-то глаз, и возникло подозрение, что эр Форс издевается.