Сердце Зверя. Том 3. Синий взгляд смерти. Рассвет. Часть 2

Прошлый раз мы не дообедали, но сегодня ты из-за стола не встанешь, а выползешь. Пошли, нагуляем аппетит и гривастых моих глянем. Гвардейских капризников не держу, уж извини, но бегать будет исправно.

– Так мне не глядеть, – засмеялся Капрас, – мне ездить, и я уже двадцать лет как из гвардии отпросился.

– Сам, значит, ушел! – расплылся в улыбке стратег. – А я-то думал, чего это ты мне с ходу понравился? Тебе дело нужно, а не цацки и подведенные зенки, ну так будет у тебя дело, но сперва – кони. Заслужил.

Карло не упирался: корпус в самом деле получился сносный, особенно если вспомнить, из какого сора он вырос, однако Паона с благодарностью не спешила.

Маршал понимал, что занятому морисками Оресту не до того, и все равно в глубине души ждал. Дождался, пусть и не от императора. Зато Турагис понимает, сколько сил было вколочено.

– Господин стратег, ваше одобрение стоит ордена.

– Еще бы! – огромная ручища опустилась на плечо, но Карло был к этому готов. – Я не тряпки и не бумажки вижу, а самую суть. Ничего, маршал, главное у нас впереди! Ставро, все готово?

– Да, господин стратег!

– Вперед! Один конь – не конь, два коня – полконя.

Возьмешь пару, будет с твоим без одного четыре. И не смей отнекиваться! Это мои ребятишки, – господин стратег топнул ногой в почтенном сапоге, – кому хочу, тому и дарю! Щенки шелудивые, те от меня разве что пинков дождутся.

В то, что Ирэне в самом деле плохо, Луизе не верилось, просто Ариго победил приддовскую безупречность и графиня принялась врать. Выйди Ирэна замуж от безнадежности, она бы продолжала чтить этикет, так что это – любовь. Похожий на выспавшегося Эпинэ генерал сумел отогреть статую, и та потихоньку училась жить, а сотворивший чудо Ариго был откровенно счастлив.

Капитанше это ужасно нравилось – счастливые люди ей встречались нечасто, а уж в последний, чтоб его, год! Луиза попыталась припомнить: перед глазами встали принесший весть о фельпской победе Фердинанд и бедняга Эйвон. Оба покойные, но Ларака хотя бы не стаскивали с любовного облачка.

«Умереть в уверенности, что ты любим, есть величайшее счастье», – наставляла одна из книжек Катарины, однако дуэнья с ходу решила, что брякнувший подобную чушь умник на самом деле дурак.

Счастье со смертью сочетается не лучше, чем ветчина с несвареньем, разве что влюбиться в выходца, но если ты счастлив и влюблен, какая же это смерть?! Ну тень куда-то делась, беды-то! Зое и без нее хорошо, только живая любовь всяко лучше. Можно менять платья, не бояться кошачьих когтей и не лезть к бывшим супругам, требуя учудить нечто святое, а ведь чудить так или иначе придется… Госпожа Арамона воссоединяться с покойным мужем не собиралась, оставались святость или замужество.