Сердце Зверя. Том 3. Синий взгляд смерти. Рассвет. Часть 2

В Речной усадьбе в самом деле очень неприятно, и я связываю это с ее обитателями. Разговаривая с госпожой Гирени, я ощущал разве что неявную тревогу, по дороге к конюшням это чувство усилилось, хоть и не слишком. Окружавшие меня люди казались дружелюбными и уверенными в себе, не более того, но, когда меня по приказу хозяина угощали обедом, я заметил на руке одного из слуг дурно наложенную повязку.

Долг врача, как и долг служителя Милосердия, требует помогать ближним. Обрабатывая рану, я узнал о собачьих боях, что проводят на бывшем гумне за рекой, и выразил желание увидеть это зрелище.

Слуги нашли подобную просьбу со стороны монаха забавной и немедля ее исполнили. Не знаю, как относится к этому развлечению господин Турагис…

– Ему нравится, когда его люди развлекаются.

– Само зрелище вызывает отвращение, но я смотрел на тех, кто им наслаждался. У меня нет сомнений, что часть этих людей одержима жестокостью. Сейчас они подначивают псов, но рано или поздно осмелеют и примутся бесчинствовать так же, как им подобные бесчинствуют на дорогах. Я расспросил слуг и узнал, что прежде хозяин был очень разборчив и принимал в Речной Усадьбе лишь ветеранов зегинского похода и тех, за кого ручались доверенные слуги, однако в последние месяцы положение изменилось.

Прямых вопросов я не задавал, но понять, что стратег собирает большой личный отряд, а то и полк, нетрудно. Только не всякий годный в солдаты стремится воевать с морисками. Они выучатся владеть оружием и ездить верхом, а что потом?

– Вы сможете указать… одержимых?

– Прежде чем они схватятся за оружие или бросятся оскорблять? Нет, господин маршал.

Я чувствую их присутствие, особенно, когда они возбуждены, но и только. В Речной Усадьбе есть люди, которых от убийств и мучительства удерживает только страх, и отнюдь не перед Создателем.

– Брат Пьетро, – быстро, иначе бы он не решился, спросил Капрас, – вы помогали легату и его людям. Там, в смысле – среди его людей, чисто?

Гайифа. Мирикия, Радостная усадьба Талиг. Западная Придда, Вильбах

Гвардейцы загодя предупреждают о визите лишь обремененных мужьями дам. Лидас при всей своей прибожественности оставался гвардейцем, а Капрас отнюдь не являлся скучающей красоткой.

Тем не менее нагрянувший гость маршала удивил своим почти щеголеватым видом и необычно хмурой физиономией.

– Мне нужен парень из Белой Усадьбы, – объявил, едва слезши с коня, легат. – Немедленно. А потом – клирики. Оба.

– Сейчас пошлю, а вам предлагаю поужинать, – попытался отсрочить несомненную гадость Карло. – Как раз подают.

– Позже, – мотнул башкой Сфагнас. – Я заночую.

– Прекрасно.