Сердце Зверя. Том 3. Синий взгляд смерти. Рассвет. Часть 2

Свирепая и при этом какая-то суматошная резня каталась по двору между стен и сгрудившихся возов, подаваясь то назад, то вперед, но Чарльз достал-таки голову шустрого поганца, хоть и самым концом клинка. Палаш как раз ткнулся в цель, и тут Давенпорт краем глаза заметил здоровяка, орудовавшего мушкетом, будто шестом. Вовремя заметил! Вертлявый еще не успел растянуться на земле, а мушкетер, проскочив между двух сцепившихся пар, уже кинулся на Чарльза. Капитан попытался было уйти в сторону и опоздал. Опоздали оба – тяжелый и неожиданно быстрый удар приклада вместо головы пришелся на вскинутый клинок почти у самого эфеса, и верный палаш вылетел из руки.

Обезоруженному таким образом остается лишь перехватить чужой шест, дубину, ружье, не давая ударить снова, Давенпорт и перехватил. Вот оно лицом к лицу, в прямом смысле, нет, не к лицу, к рычащей белоглазой морде!

Двое, вцепившись в мушкет, замирают среди воющей свалки. Здоровяк тужится, давит, дышит ртом, превращая мир в выгребную яму. Он выше – раззявленная пасть клацает зубами у самого носа Чарльза, словно порываясь его откусить, обдает перегаром и какой-то тухлятиной.

Вонь действует на капитана, как шпоры на коня – эту погань нужно вырубить, вытоптать, раздавить!

– Прочь, вонючка! – Напрягшись – вот же силен, тварь, – Чарльз умудряется вскинуть руки над головой, а с ними – и проклятый мушкет. Его хозяин слишком увлечен, он не сразу соображает, что к чему, и Давенпорт изо всех сил бьет врага лбом в переносицу. Не слишком удачно – боль арбалетным болтом простреливает до самого затылка, но хруст чужой кости слышен даже сквозь окружающий ор и вой.

«Бесноватый», именно бесноватый, сразу обмякает, теперь оттолкнуть тушу и найти палаш… Он здесь, он где-то здесь.

Чарльз слепо шарил по земле в поисках своего оружия, но рука смыкалась то на мертвой щиколотке, то на каком-то обломке, голова гудела, в глазах все плыло, потом кто-то поволок капитана прочь, кто-то в драгунских, блестящих от крови сапогах.

Стрельба внутри совсем было затихла, и вдруг вспыхнула снова. Слитный залп, тут же другой, пожиже, затем несколько мгновений беспорядочной трескотни и такой знакомый рев сходящейся в рукопашной пехоты.

– Ну, что? – фыркнул Ротгер. – Скажешь, не гнусно?

– Гнусно, – подтвердил Ли, сосредотачиваясь на своих ощущениях. Ощущение гадливости было отнюдь не новым, как и желание сжечь заразу к кошачьей матери. Чтоб одни головешки! – Похоже, там собралось достаточное количество бесноватых.

– Экстерриорово отродье! – огрызнулся Вальдес. – «Достаточное количество…» Единственное достаточное количество этого – нуль! Без палочки.

– Стратегически – несомненно.