Сердце Зверя. Том 3. Синий взгляд смерти. Рассвет. Часть 2

Приятный ход… Прошлый раз я этого не заметил.

– А уж как я не заметил, – подхватил Марсель, – все вышло слишком сумбурно, к тому же ты меня потряс.

– Да, тогда это у меня получалось, – в голосе Рокэ звучало чуть ли не сожаление.

А ведь Левий не сомневался, что кэналлиец сбежал умирать! Алва ожил и смеется, это его высокопреосвященство не вернуть… Не вернуть многих, но сейчас, пробираясь в так и не ставшую сердцем нового эсператизма Ноху, Робер понял, что самой страшной его потерей стал именно Левий. Не сгинувший на пожаре Никола, не оставшиеся в Ренквахе братья, не мать, даже не Марианна, а кардинал. И еще сестра…

В том, что после ухода крыс ничего уже было не исправить, Иноходец не сомневался, и все равно не мог отделаться от мысли о Катари. Будь королева жива, люди бы остались людьми. Тело без души – это труп, а труп гниет, Катарина была душой Олларии, без нее примочки и кровопускания не имели смысла.

– Лестница, поднимаемся! – бодро объявил Валме. – Салиган, а не выкинуть ли тебе валтазаровы горшки в Данар? Я хочу знать, может ли призрак утопиться.

– Я не мщу за других, – судя по звуку, дукс от возмущения зевнул. – Разве что всучить эту дрянь фальшивомонетчикам, в смысле казначейству.

– Ни в коем случае, – отрезал Ворон. – По крайней мере, до окончания войны. Никогда не знаешь, какая мерзость может пригодиться и когда, а другого Валтазара у нас нет.

– И слава Бакре! – огрызнулся Марсель. – Я обижен, только вам меня не понять. Разве что Эпинэ, он тоже переживает о всякой дряни. Ларак подошел бы еще лучше, но ты его не взял… Пришли. Фонари гасим?

Талиг. Оллария Талиг. Альце

Небо обозначило себя подслеповатыми звездочками, стены и здания – кромешной тьмой. Ни единого огонька, дымом – и тем не пахло, старые пожары отполыхали, и то, что могло сгореть, сгорело.

– Жалкое местечко, – Салиган отшвырнул тростью какую-то тряпку, – от Эрнани до Эрнани тут врали, а при Олларах принялись убивать, пусть и по обоюдному согласию. И за все время вылупился только один призрак, да и тот привязан не к Нохе. Куда теперь?

– Графиня Савиньяк оставила мародерам гайифскую шкатулку, – Рокэ уверенно свернул к невысокому домику, – хорошо бы найти в моих бывших апартаментах труп.

– Труп? – слегка удивился Салиган, – Толку от него?

– Графине будет приятно о нем узнать.

– Об этом я не подумал. Трупы здесь были, но все больше снаружи. Церковники разбитую скорлупу защищать не стали, и правильно сделали.

Под ногами скрипели щебенка и осколки, луч фонаря плясал на начинающих подмерзать лужах, а Жан-Поль Салиг со знанием дела расписывал утро после бойни, не забывая отбрасывать с дороги всякую дрянь.