Штурмовик из будущего 3

Правда, пришлось пожертвовать скоростью и маневренностью вкупе с максимальным потолком полета, а также присутствием в экипаже штурмана. Но, зато какая убойная мощь — секундный залп составил почти семь килограммов!

В СССР после первого опыта применения «Жучков» достаточно быстро определили слабые места самолета и разработали заводскую систему их переделки. В частности, меняли носовые пушки на пулеметы калибра 12,7 мм, ставили во внутренних бомболюках и в крыльевых узлах наши бомбодержатели, что позволяло повысить загрузку. Также меняли штатную турель на нашу УТК-1. К слову, в пятнадцатой воздушной армии еще осенью сорок второго такие же турели монтировали на Ил-2.

А что, думал экспат, все больше и больше загораясь этой идеей, если пересесть на «американца», то гансам однозначно станет кисло. С его-то ночным зрением и возможностью довольно точно определять траекторию стрельбы вполне возможно устроить ночным бомбардировщикам люфтваффе настоящий геноцид. Особенно, если подтянуть несколько РЛС «Редут».

И наземным войскам можно сильно помочь: с недавних пор на сухопутном театре военных действий очень остро встал вопрос с контрбатарейной борьбой против дальнобойных гитлеровских орудий. Дошло даже до того, что к решению этих задач стали привлекать тяжелые Ил-4 из состава авиации дальнего действия.

Окрик внутреннего голоса послужил хорошим отрезвляющим холодным душем. Ишь, размечтался, Аника-воин! Сначала требуется все хорошенько продумать, составить соответствующую бумагу, подкрепленную расчетами, подать ее по инстанции и лишь потом ждать решения отцов-командиров в надежде, что не пошлют куда подальше. Маниловщина мало кому интересна.

Кстати, раз уже речь зашла о докладной записке, то можно заодно отразить в ней и возможность свободной охоты на командные пункты, штабы и прочие подобные центры принятия решений. Мелькала еще смутная мыслишка о действиях на море, но здесь Дивин трезво оценивал свои силы — такие полеты требовали серьезного переучивания. Все же, специфика работы морских летчиков не позволяла экспату вот так с ходу, наскоком, встать в их ряды. Собственно, если его предложения одобрят, то неплохо было бы поближе познакомиться с «бостонами», ведь и они имели свои особенности.

Хотя, те их пилоты, с которыми Григорию довелось пообщаться, в один голос говорили о прекрасных летных характеристиках этой машины. Хвалили простоту и легкость в управлении, послушность и устойчивость на виражах. А это было весьма немаловажным моментом, учитывая ускоренную подготовку советских пилотов во время войны.

— Гриш, чего от тебя Карпухин хотел? — окликнул задумавшегося экспата Валиев. — Прорва сказал, что тебя к нему в срочном порядке утянули.