Слово авторитета

И вновь загрустил, сделавшись непроницаемым для внешнего мира.

— Где оружие? — обратился капитан к Волковой.

— Какое оружие, начальник? — неожиданно визгливым тоном заголосила Галка, напомнив базарную торговку, у которой хулиганистые пацаны стащили яблоко.

— То самое, что было унесено у вохровцев. Ты помогла нам отыскать «вальтер», так я тебе хочу сказать, что охранники были застрелены из того самого пистолета, который ты выбросила в окно машины. Следовательно, пойдешь как соучастница убийства.

— Послушайте… — вскочила Волкова.

— Сидеть! — рыкнул сержант, подавшись вперед.

С его безразличного лица мгновенно слетела сонливость.

— … при чем здесь «вальтер»? Охранники были застрелены вообще из обреза! — яростно выкрикнула Волкова и тотчас обмякла, осознав собственную ошибку.

Капитан Шибанов сделал удивленное лицо.

— Вот как?.. И откуда же вам это известно? О том, что они были застрелены из обреза, знали только несколько людей. — И, широко улыбнувшись, добавил:

— Информация-то конфиденциальная.

— Во-от сучка, — выдохнул Карась. — И кто тебя за язык тянул.

Шибанов победно улыбнулся:

— Ну что, господа, вы свободны.

Не смею вас больше задерживать. Можете смело обживать свои камеры и дальше.

Шибанов посмотрел на часы. Через сорок минут в кабинете у полковника должно было состояться совещание. Ровно в тринадцать ноль-ноль. Более паршивого времени подобрать было трудно. Но Крылов любил именно середину рабочего дня, когда у всего личного состава от голода слипаются кишки. Многие считали, что поступает он так умышленно, полагая, что на голодный желудок соображается яснее.

Капитан, зная въедливость Крылова, сделал небольшой конспект и наметил пункты, на которые следовало обратить особое внимание.

Он вскипятил себе чаю и потихонечку смаковал его, покрякивая от наслаждения. Лучше всего думается в тиши собственного кабинета, наедине с бумагой и ручкой.

Дверь неожиданно открылась, и сквозняк мгновенно смахнул со стола несколько листков исписанной бумаги и бестолково рассеял их по углам комнаты.

Шибанов едва не поперхнулся горячим глотком — в дверях кабинета стоял Крылов собственной персоной. Он не сразу даже и узнал его — в узких черных брюках и тесной рубашке, из-под которой выпирал небольшой животик, он выглядел почти по-домашнему.

Наверняка прибыл в управление откуда-нибудь с дачи, где на радость жене подстригал разросшуюся малину.

— Сиди, сиди, — великодушно разрешил полковник, — не напрягайся.

Готовишься, значит, — показал он взглядом на растрепанные ветром листки.

— Так точно, товарищ полковник, готовлюсь. Крылов сел рядом и, отерев тыльной стороной ладони взмокший лоб, произнес:

— Уф, жара стоит, дышать нечем. Ты вот что, капитан, сегодня на совещание можешь не идти.