Слово авторитета
Он напоминал баскетболиста, вышедшего в тираж, и только тяжеловатый взгляд выдавал в нем человека непростой судьбы.
Вопреки ожиданию, Виталий Сахалин, или просто Саха, жил в коммунальной квартире с четырьмя соседями где в длинном коридоре стоял один телефон на всех.
Создавалось впечатление, что он настолько привык к тесным заполненным камерам, что не хотел расставаться с многолюдьем даже на воле.
Держался он просто. Трудно было поверить, что за плечами этого человека, уже немолодого, с чуть опухшим лицом, несколько судимостей, половина из которых за разбой.
Шибанов сидел на старом, продавленном диване, который, надсадно скрипя, просил пощады при малейшем движении.
Саха устроился напротив — на таком же старом кресле.
— С этим делом я завязал, — почти торжественно проговорил Саха. — Все в прошлом. А потом, связываться с оружием я не люблю. Сплошной риск! Того и гляди на пулю напорешься. Сбыть — опять головная боль! Я ведь специалист по золоту… был! Возиться с ним приятней, и люди его охотнее берут.
— Нам известно, что после освобождения вы с ним несколько раз встречались. У нас есть оперативные снимки. В последний раз вы встречались с ним в кафе «фиалка».
Саха выглядел озадаченным:
— Хм… Оказывается, вы работаете лучше, чем я думал.
Кот оказался наглецом, потрепав когтями обшивку кресла, он царственной походкой приблизился к дивану и прыгнул на колени Шибанову. Капитан, не опасаясь обидеть хозяина, небрежным, почти брезгливым движением согнал животное на пол, чем вызвал неудовольствие последнего.

















