Слово авторитета

Спина обнажена, красивая упругая грудь подпирала подушку, а соски, совсем махонькие, напоминали созревающие вишенки. Девушка никак не реагировала на заливистые трели — спала глубоко и спокойно. И если бы сейчас Захар пристроился к ней сзади и скоренько так совершил обыкновенное мужское дело, то она вряд ли обнаружила бы его вероломство.

Телефон стоял подле кровати, оставалось только протянуть руку и достать трубку. Но на это требовалось колоссальное усилие и напряжение всех волевых качеств. А этот чертов телефон звонил, не переставая, и вгрызался сердитой музыкой в подкорку.

Захар оторвал взгляд от обнаженного тела Инны и, подавив в себе нешуточный аппетит, поднял трубку.

— Слушаю, — произнес он сонно.

— С кем разговариваю?

— Вспомни своего дружбана по интернату, — почти торжественно раздался голос Матвея.

Сон пропал мгновенно, словно его только что окатили колодезной водой.

Окончательно проснувшись, Маркелов присел на край кровати.

— Ты где? — спросил Захар, помня о том, что два дня назад Кузьмич проверял его трубку на наличие «жучков». Телефон оказался чист.

— Ага, слышу, очухался. Спасибо тебе, ты многое для меня сделал.

— Не надо об этом, ты для меня сделал не меньше. Давай быстро ко мне, расскажешь все как есть. Я один… почти.

— Понимаю, — в голосе Матвея прозвучали одобрительные нотки. — Только я ведь уже не в Москве. Звоню тебе по межгороду. Со мной все в порядке. Завтра в «Криминальной хронике» появится сообщение, что я убит при попытке к бегству. Ты этому не верь. В общем, я жив и здоров, чего и тебе искренне желаю.

— Когда мы с тобой встретимся?

— Честно говоря, не знаю, — после некоторой паузы протянул Матвей. — Скажем так, я тут заключил кое-какой контракт, и мне нужно его отработать.

— Ты будешь хоть позванивать? — с надеждой спросил Маркелов.

Вновь недолгое молчание. В этот раз голос Матвея зазвучал менее уверенно:

— Буду звонить по мере возможности.

— С тобой действительно все в порядке? — встревоженно спросил Захар.

— Не хочу сказать, что я счастлив от предстоящей жизни, но, во всяком случае, это гораздо лучше, чем гнить где-нибудь заживо за Полярным кругом. А ты молодец, так держать. Обнимаю тебя.

Захар не успел попрощаться, в трубке ударили короткие навязчивые гудки.

— Что-нибудь случилось?

— Спи. Так, пустяки.

Уснуть уже больше не получится, это уж точно. Захар поднялся. Взял со стула брюки, здесь же висела рубашка. Подумав, решил надеть и ее. Застегивать не стал. Босиком, позабыв про стоящие у кровати тапочки, прошел на кухню.

Включил электрический чайник, который мгновенно и негромко зашумел.

Инна уже спала. Дышала глубоко и ровно. Захар, стараясь не разбудить ее, взял телефонную трубку и вернулся в кухню. Быстро набрал нужный номер.