Страсти-мордасти рогоносца

 – Просто повторила фразу медсестры, которая мне сказала: «Вы можете попросить гипс любого цвета и вкуса».

– Здорово! – восхитилась я. – Значит, в семь.

– Стой, стой, подожди, – занервничала свекровь. – Дома работает мастер, он лестницу почти доделал.

– Так быстро? – удивилась я. – Небось опять накосячил.

– Если плохо получится, мы ему не заплатим, пока он все не исправит, – затараторила Рина, – а если все отлично, то надо будет отдать ему деньги. Это я к тому, что налички в квартире нет.

– Ерундень, – в тон ей сказала я, – сниму в банкомате.

– Танечка, какая ты умница! Как хорошо, что тебя можно обо всем попросить и быть уверенной, что все организуется наилучшим образом, – принялась нахваливать меня Ирина Леонидовна. – Кстати, я купила тебе подарочек.

– В больнице? – удивилась я.

– Тут на первом этаже много магазинов, – зачирикала Рина, – сейчас как раз по ним рассекаю, вещички рассматриваю.

Я попыталась воззвать свекровь к благоразумию:

– Спасибо за презент, но вам лучше находиться в палате. В холле, наверное, дует, можно простудиться. Да и нельзя долго на костылях ходить.

– Я тебя очень люблю, – перебила меня мать Ивана, – ты не только ответственная, умная, но еще и красавица. Но и на солнце бывают пятна. У тебя есть качество, от которого лучше избавиться, – излишняя тревожность.

– Ничего лишнего, – не согласилась я. – На дворе осень, на первом этаже постоянно открывается-закрывается входная дверь, возникает сквозняк. И костыли вам врач запретил.

Послышался шорох, потом в трубке раздался незнакомый девичий голос:

– Здрассти, я Лена, медсестра, вожу Ирину Леонидовну в кресле. Вы ее дочка? Не волнуйтесь, больная сидит, я ее пледиком укутала. Ой, Ириночка Леонидовна, давайте сюда закатимся… смотрите, какие тапочки…

– Ооо! Они мне очень нравятся, – послышался голос Рины, – скорей туда!

Мне повезло со свекровью так, что и не передать словами. Наконец-то я понимаю, какой должна быть родная мать, и знаю, с кого брать пример, чтобы в старости не испортить жизнь людям, которые будут меня окружать. Если вдруг мы с Иваном навсегда разругаемся, я заберу Ирину Леонидовну с собой. Да, да, оставлю мужу абсолютно все, мне ничего не надо, а вот Рину не отдам.

Телефон снова затрезвонил. Я подумала, что свекровь решила продолжить беседу, и, не посмотрев на экран, ответила:

– Я тут. Купили тапочки?

– Ага, белые, на картонной подметке, – прошипели мне в ухо. – Для тебя. Чтоб ты сдохла!

Я потрясла головой. Это не Рина. Номер тетушки, любезно пожелавшей мне смерти, был скрыт.

Вызов поступил на номер, который я использую исключительно для личных бесед. Рабочий контакт известен многим, он определяется, его знают наши бывшие и настоящие клиенты.