Свидания особого назначения

В огромном зале было много людей, сидящих на стульях, а впереди стояла женщина с папкой в руках. Мне помахали.

Папа! Я начала выхватывать взглядом знакомые фигуры. Мама, брат, две подруги. Тети и дяди из других городов. Незнакомые мне люди, видимо, родственники со стороны мужа. Сослуживцы Андрея… Все сослуживцы Андрея! Я увидела, как со стула встал Артур, быстро подошёл к нам и они с Андреем так крепко сжали друг друга в объятиях, что сразу стало понятно, что для мужа эта встреча тоже полная неожиданность.

Я в состоянии лёгкого шока посмотрела Андрею в глаза, чувствуя, что голова идёт кругом от непередаваемых эмоций. Это же целая конспирологическая операция проведена за моей спиной!

Андрей сделал шаг ко мне, поцеловал в висок и обнял, шепнув на ухо:

— Я очень хотел, чтобы на росписи ты улыбалась, а не плакала. И чтобы все видели, что ты улыбаешься. А если плачешь, то от счастья.

Я шмыгнула носом и кивнула.

— Но, имей ввиду, твои пока не знают, что мы по-настоящему уже женаты. Я боялся, что твой папа меня уроет. Потом скажем.

— Да можем не говорить, — засмеялась я, чувствуя, как по щекам бегут мокрые дорожки. — Пусть думают, что 31 декабря.

— Не, не, не. Без лжи. Ладно, только на фотографиях мои болячки замажем. И давай ка кольцами меняться.

Андрей вытер мне щеки платком, снова взял меня за руку и кивнул регистратору.

Под праздничную медодию мы снова прошли в середину зала, заслушали торжественную речь, обменялись клятвами и кольцами и поцеловались. Родные и близкие стали подходить, поздравлять нас.

Папа с мамой, Серёга, — мы все сгрудились в кучу, обнимаясь. Папа притянул Андрея, забирая в наш круг. Потом перед нами остановилась взрослая миниатюрная женщина с длинным светлым каре. Рядом с ней были мужчина и девочка-подросток. Они обняли сначала Андрея, а потом меня. Да, это точно была мама мужа, которую я перепутала с его бывшей девушкой.

— Жду вас на днях в гости, — строго ткнула она Андрея в грудь пальцем.

Визжа, прыгая и говоря, что я редиска, на меня накинулись девчонки с универа. Мне даже стало неловко, потому что я так погрузилась в личную жизнь, что совсем мало с ними общалась, уделяя лишь несколько минут в день переписке.

Мы уже не могли держать цветы и нам помогали складывать их.

Не выдержала и снова начала реветь я тогда, когда перед нами выстроились бойцы СОБРа и Артур громко и нараспев произнес: " Семье Гордеевых троекратное ура, ура, ура!"

От эха зазвенели стекла.

Нас окружили, обняли. Рядом со мной оказался Артур и лукаво шепнул:

— Правильно, посильнее надо было по морде приложить, чтобы не мотал нервы бедной девочке!

Я засмеялась, не найдя, что ответить.

Я посмотрела на маму и папу и увидела, как они вытирают слезы. Закусив губу, я уткнулась в грудь мужа и разрыдалась.