Сыщик Бреннер [2 книги]

Главным же было само помещение — подобных я еще не встречал, и чем больше таращился по сторонам, словно ребенок в кондитерской, тем отчетливее понимал, что сегодня я столкнулся с самым важным секретом в своей жизни.

Зал богатством интерьера, шиком и даже некоторой помпезностью мог бы соперничать с фридрихсградским филиалом Императорской библиотеки, где я недавно побывал вместе со Шварцманом. Лепнина на потолке, невероятно редкий светло-синий мрамор пола, дюжина витых колонн вдоль зала, изумительной работы мебель из черного дерева — кресла, столики и столы, резные стулья, шкафы с толстыми фолиантами. Другие шкафы — широкие и высокие, со стеклянными прозрачными дверцами и многочисленными полками, предназначались для хранения сотен экспонатов.

И что это были за экспонаты! Я видел с того места, где стоял, лишь несколько ближайших шкафов и стеллажей, но и этого мне хватило, чтобы оценить масштабы коллекции, собранной здесь. В первом находились чучела трех птиц весьма яркой окраски, чем-то похожих на попугаев ара, только еще более крупных, и главное — у этих птиц было по две головы, каждую венчал массивный клюв, а лапы заканчивались когтями-саблями. У одного из этих монстров клюв был слегка приоткрыт, и я с удивлением заметил зубы.

Второй стеллаж содержал лишь один предмет — рыцарскую рукавицу вполне классического вида. Между ее сжатых железных пальцев каждые несколько секунд пробегали искры электрических разрядов.

На следующем стеллаже я увидел круглый предмет с несколькими дырками совершенно непонятного назначения, а чуть ниже — уже знакомый мне «дырокол», только чуть больших размеров и с удлиненным стволом. Полка ниже пустовала, и Белла тут же открыла шкаф и положила туда свое оружие.

И таких шкафов и стеллажей тут было так много, что глаза разбегались.

Что там сокровищницы императоров и падишахов — там хранятся лишь банальные драгоценные камни, золото и прочая мишура, здесь же содержались поистине бесценные и уникальные предметы, единственные в своем роде.

Я не знал, откуда здесь взялись все эти экспонаты, но отчетливо понимал, что меня допустили в святая святых — к настоящим секретам, за обладание которыми можно умереть. Все, что я видел вокруг, просто не могло быть создано руками человека. А уж двухголовые зубастые попугаи и вовсе не относятся ни к одному известному науке виду. Если они и жили на Земле, то в какие-то чудовищно древние времена, и каким образом их чучела попали сюда, да еще и в таком превосходном состоянии, я не мог и представить.

В середине зала — в самом центре мраморного орнамента — находился невысокий постамент, на котором стоял небольшой, абсолютно черный каменный куб с круглым отверстием на одной из граней.