Сыщик Бреннер [2 книги]

Посольства никогда не казались мне чудными вратами в иные миры, скорее черными ходами, через которые к нам может проникнуть зло. И все же я надеялся, что во вселенной обитают не только твари, подобные подселенцам. Теперь же, посетив посольскую комнату для допросов, я окончательно разочаровался в разумных существах и убедился, что каждая жизнеспособная устойчивая система построена исключительно на силе и жестокости. Только подобные конструкции существуют в реальности, а сказки о дружбе, терпимости и всепрощении — лишь в фантастических грезах и детских сказках, а значит, обитаемая вселенная, вся бесконечная череда миров — это всего-навсего вариации на тему зла и насилия.

И человек со всеми свойственными ему недостатками, как оказалось, далеко не самое страшное существо из тех, кого породила природа.

Конечно, оставалась еще церковь и религия. Вопросы веры и все такое… Но я всегда был агностиком, теперь же, увидев, что не только у нас все прогнило и даже иномиряне не обрели бога и смысл жизни, только лишь прикрываясь божественной волей, я окончательно перестал надеяться на лучшее.

Как в старом, некогда запрещенном церковью анекдоте.

Заходит к богу секретарь и говорит: «К вам посетители. Атеисты. Примете?», а бог отвечает: «Скажите им, что меня нет!»

Так и не принял, так и не дал поверить… все только своими руками, без помощи извне. «Ни на кого не надейся, никому не доверяй» — вот мой девиз в этой жизни.

— На вас вся надежда, Бреннер…

Ничего на это не ответив и даже не попрощавшись с фогелем, я несколько раз нажал на клаксон и, как только солдаты открыли ворота снаружи, вырулил из дворика.

Встреча с Беллой, знакомство с Валером, новое задание, да и вообще весь сегодняшний вечер взбудоражили меня.

Я слишком увяз в своем горе, сделав его центром своего существования. Пора было объявить перерыв и заняться тем, что получалось у меня лучше всего, — искать преступников!

Решив не оставаться в апартаментах Беллы, но и не возвращаться в свою каморку в «Приюте скитальца», я выбрал самый роскошный отель города — «Кенигсхоф», с которым у меня были связаны весьма яркие воспоминания, ведь именно с крыши этого отеля я совершил год назад покушение на императора Карла Александровича — дядю Константина.

Несмотря на то что было глубоко за полночь, город жил своей жизнью. Куда-то спешили извозчики и мехвагены, включая крупные грузовые. Снег валом валил с неба, заставляя дворников работать и ночью, расчищая дороги, в первую очередь транспортные пути.

Идущий снег сильно мешал обзору, но я был уверен, что «Эгоист» следует за мной уже какое-то время. Возможно, даже от самого посольства. Впрочем, как только я свернул на хорошо освещенный центральный проспект, мехваген перестал маячить позади.