Сыщик Бреннер [2 книги]

Они все душевнобольные люди, каждый из которых успел совершить преступление за пределами клиники. Поэтому их и направили на лечение к нам. Император, славься его имя в веках, уже давно отдал распоряжение о мгновенной передаче подобных преступников нашей клинике, без обычной бюрократии и долгих процедур.

Вот, значит, почему Грэг оказался здесь столь быстро. Им нужны пациенты. И они их получают напрямую из судов. Высочайшее повеление, надо же. Что же здесь творится на самом деле?..

— Охрана у нас на высоте, — продолжал хвастаться Благостаев, — тут работают только лучшие из лучших.

По всей наружной стене пущен электрический ток, ночью в парке отпускаем порезвиться собачек, патруль обходит территорию каждые полчаса, пулеметы на башнях, мощные прожекторы, местность отлично просматривается в любое время, так что если кто-то рискнет покинуть кранкенхаус без разрешения, то сильно об этом пожалеет.

Я поменял свое мнение о Благостаеве. Этот человек недаром ел свой хлеб.

— А вы не думаете, что случайный гость может случайно пострадать?

— Ну что вы, какой еще случайный гость? Таких у нас не бывает.

Все гости прекрасно знают о наших мерах безопасности. Даже персонал на ночные смены проводят группами во избежание именно таких случайностей. А днем охрана на выходе, обязательный досмотр, внутренний двор. Да вы все видели. За все годы работы нашей клиники не было ни одного случая побега пациентов. У нас лучше чем тюрьма — у нас лечат!

Наконец мы добрались до центрального корпуса — главного особняка резиденции, именно тут некогда находились личные покои Леопольда. Теперь же, как поведал по дороге Благостаев, на нижнем этаже располагались врачебные кабинеты и архив, второй и третий были отданы под палаты, а последний четвертый этаж занимали кабинеты высокого больничного начальства и операционные.

Конечно, ноги начальства требовалось беречь, поэтому еще несколько лет назад здание было оборудовано двумя грузовыми ауфцугами и еще одним пассажирским. Императорские дотации, как объяснил мне Благостаев, необходимо было использовать в срок и в полном объеме, иначе в следующий раз при распределении бюджета могли решить, будто дают много, и урезать выплачиваемые суммы.

Бюрократы — преступники иногда похуже грабителей и даже убийц. Пара росчерков пера может лишить надежды, практически уничтожить не только человека, но даже идею. Я знал бедолаг-ученых, годами пытавшихся выбить сущие крохи на финансирование своих проектов и не получивших в итоге ни гроша. В клинике же с финансированием все обстояло гладко, главное, вовремя тратить приходящие суммы.

На первом этаже в холле несколько крепких санитаров в белых халатах и круглых шапочках пили чай.