Сыщик Бреннер [2 книги]

Но, попав к нам, они сумели определить наше фактическое местоположение, зацепившись за некий якорь… а дальше настало дело технического прогресса. Через черные глубины эфира к нашей планете был отправлен корабль доминаторов. И некоторое время назад он достиг орбиты Луны, где и остановился для временного базирования и рекогносцировки. Но в любую секунду корабль может атаковать Фридрихсград, у него для этого достаточно мощностей. Город будет попросту стерт с лица планеты. Для того чтобы этого не допустить и попробовать первыми уничтожить корабль, собственно, и понадобилась лаборатория.

Единственная надежда человечества — это император. Только он может попытаться остановить врага…

— Каким образом? — чуть охрипшим от волнения голосом уточнил я.

В эту историю я поверил сразу и в то, что весь наш мир находится под прицелом враждебного корабля иномирян, — тоже. Так вот почему остальные посольства не спешили открываться! Они выжидали, сидя в своих защищенных убежищах, ставя на победителя. И, уверен, они готовы были мгновенно оборвать связь с нашим миром в случае поражения людей. Я даже знал, кто именно является координатным якорем для корабля подселенцев.

Я даже знал, кто является пресловутым якорем, за который зацепились доминаторы. Все сходилось к тому, что якорь — это Адди, странный мальчик с тяжелой судьбой, столь многое переживший и перетерпевший, приемный сын Грэга. Несомненно, Грэгу тоже открылось некое пророческое видение в тот момент, когда он находился под действием препаратов, иначе он не пытался бы его задушить.

— Константин Платонович попытается пропустить через себя суммарные пси-волны черной энергии преступников, преобразовав их в оружие, способное уничтожить корабль чужаков.

Это наш единственный шанс. Иначе смерть. И разделаются с нами, даже не высаживая десант, удаленно.

— Бомбардировка. Нас уничтожат, даже не замарав рук, прямо из космического эфира.

Доктор Вольке и Благостаев вернулись. Первый даже не посмотрел в мою сторону, а вот начальник службы безопасности подошел и, укоризненно глядя мне в глаза, сообщил:

— Господин репортер жить будет. Помощь подоспела вовремя, еще бы немного и…

Он многозначительно умолк, дабы я самолично оценил всю своевременность его вмешательства.

Грэг знал, на что идет. Более того, это он уговорил меня пуститься в авантюру и пробраться в четвертый корпус. Разумеется, я волновался за его судьбу и был рад услышать приятные вести, но мы — мужчины, привыкшие рисковать собой. В той или иной степени каждый из нас уже мертв. Пусть это случится не сегодня, а завтра. Никто не будет жить вечно, тем более при нашем образе жизни.

— Я вам весьма благодарен, — тем не менее кивнул я, внезапно сообразив, что не знаю имени-отчества Благостаева.